Читаем По обе стороны фронта полностью

Штефан Дернберг закончил войну переводчиком отдела пропаганды. После победы стал работать в оккупационной советской администрации. В середине 1970-х был послом ГДР в Финляндии. После воссоединения Германии вышел на пенсию. Сейчас он пишет мемуары о своей жизни, в которой главным событием был приказ о капитуляции, напечатанный им в 1945 году на старой пишущей машинке.

Из мемуаров Штефана Дернберга: «У нас была машинка с немецким, латинским шрифтом. Я на этой машинке печатал этот приказ. Я очень хорошо запомнил этот приказ – он начинался со слов, что фюрер покончил с собой и тем самым оставил нас на произвол судьбы».

9 мая фельдмаршал Кейтель, последний главнокомандующий германских войск, подписал акт о безоговорочной капитуляции. Война окончилась. Советский Союз, изувеченный за эти четыре года, праздновал свою выстраданную победу.

А Германия смирилась с участью оккупированной страны. Страны, развязавшей мировую войну, жертвами которой стали миллионы. Очень скоро простые немцы узнают ужасающую правду о нацистском режиме.

В начале 1945 года немецкое руководство подготовило секретные инструкции об уничтожении всех лагерей. Специальные команды эсэсовцев начали планомерно расстреливать невольных свидетелей преступлений гитлеровского режима.

Вспоминает узница концлагеря Серафима Озаренкова: «5 апреля дали приказ уничтожить все лагеря. Стучит ко мне парень из СС в окно. И говорит: «У тебя есть друзья?» Я говорю: есть. «Вот сегодня мы вас будем расстреливать, увозить. А ты, если есть друзья, все поднимитесь на второй этаж, на нары, закройтесь, на себя положите эти постели, на которых вы лежите. А я пройду с собакой, скажу, что все уже вывезены».

Серафиму Озаренкову и ее семь подруг, заключенных в концлагере в Магдебурге, пожалел неизвестный немецкий офицер. Он вывел их из лагеря и спрятал в подвале разрушенного дома. Через три дня девушек схватила лагерная охрана. По дороге на расстрел они встретили своего спасителя.

Вспоминает Серафима Озаренкова: «Он мне: «Что ты наделала, теперь я тебя спасти не могу». Они уже с вилами, с лопатами, с ломами. Вот все, которые остались. Значит, нас надо расстрелять.

Я стала плакать. Тогда Ольга мне говорит: «Не смей плакать, держись. Раз уж так сделали, значит, судьба такая. Значит, сейчас расстреляют».

В последние дни войны гитлеровцы сожгли в печах и расстреляли около 100  000 узников лагерей. Нацистская машина уничтожения работала до последнего. Серафиме Озаренковой удалось вырваться из лагеря. Она бежала без остановки несколько часов, пока не оказалась в зоне расположения американской армии. Спасение было чудом – нацисты не щадили никого. Половина уничтоженных в последние дни войны была младше 16 лет. Оставшихся в живых пленных освобождали союзники.

День освобождения концлагеря Бухенвальд узник Александр Ефимов запомнил на всю жизнь: «Отвернули проволоку, вышли. У ворот стояли американцы. А видно же, что не немцы. «Ком, ком!» – они кричат.

Потом начали выводить немцев. Откуда их приводили, где их поймали, никто не знает. И они ничего не делали с ними – они их отпускали в лагерь, открывали ворота и вталкивали в лагерь. Там их хватали заключенные, что-то там с ними делали. Это был ужас. Один американец залез на танк, на башню и с кинокамерой снимал все».

Когда Александр Ефимов вернулся из Бухенвальда, ему только-только исполнилось 20 лет. На работу и учебу не принимали. Долгие годы он не мог избавиться от клейма «пленный». Компенсация от германского правительства составила 15 000 евро. Сегодня, как узник нацистских лагерей, он получает от нашего государства небольшую прибавку к пенсии.