Читаем Пляска Бледных полностью

Скитаясь над серой пустошью пыльной земли, они никак не могли найти себе приюта, пока не узрели маленькое озерцо у лесной опушки. Плавно опускаясь к воде, они сошли на берег, и крылья их, и оперение опали на траву, вновь возвращая им лики людей. Снова брат и сестра познавали друг друга, и с новой силой лились соки жизни по их телам. В лесу было полно ягод, чтобы питаться, а в озере всегда доставало воды, чтобы пить. Днём они насыщали свою плоть, а с наступлением сумерек сплетались в единстве душ, и лишь безмолвные звёзды, ветхие деревья и тихая водная гладь были свидетелями их соития.

Снова солнце и луна сменялись над горизонтом, тянулись часы безмятежного покоя. В любви и гармонии с природой проводили близнецы свои дни. Уподобившись зверям лесным, они добывали пищу и жили в хижине под сенью ветхих осин. Когда им становилось тоскливо, они гуляли по своим угодьям, и заходили в своих прогулках всё дальше и дальше, пока однажды не отыскали дивный сад стальных роз, в котором стояли изваяния прекрасных холодных птиц. На оградках ли, на железных ветвях, в тени бронзовых ветвей, сидели странные твари, и в клювах своих хранили такие же мёртвые цветы.

Вид этого места испугал пару, от него веяло морозами, смертью, тоской, и близнецы поспешили убраться оттуда.

Однако их остановил незнакомый человеческий голос. Они услышали пение и, обернувшись на звук, увидали прекрасную обнажённую деву бесконечно чёрных волос. Она ходила у пруда жидкого золота и пела песню о странном городе, в котором она некогда обитала. О двух солнцах, что сияют над его водами, о чёрных звёздах на ночном небе, и о дивном короле, кто однажды вернётся туда. Кончив петь, девушка обернулась к своим случайным зрителям и поманила к себе. Пригласив их в свой небольшой домик в отдалении сада, она поила их вином и потчевала мясом. Вид мёртвых туш и пьянящие соки пробудили в людях желание, и не нашлось среди троицы того, кто молвил бы «нет».

Брат и сестра касались новой знакомой, одаряли её поцелуями, а она с большой охотой отвечала им. Опустив парня на ложе, женщина оседлала его, обвивая собою чужую плоть, ощущая приятный жар. Гостья же опустилась на лицо брата, потянулась к хозяйке дома, и их сплетение напоминало двух змей.

Громкие стоны, тяжёлые вздохи, пряные запахи — чары слияния полнили помещение дыханием новой жизни, в которой рождалась страсть.