Читаем Пляска Бледных полностью

— Это, конечно, здорово, — согласилась хозяйка квартиры, — но, может, наконец расскажете всё по порядку? Кто вы такие? Зачем пришли? Что происходит? Если вы, конечно, знаете, что происходит.

Сёстры переглянулись между собой.

— С чего начать? — спросила Сильфа.

— Да с начала и начните, — улыбнулась Оксана.

Девушка в кресле кивнула своей сестре:

— Ты лучше это подашь. Вы можете нам не верить. Я осознаю, насколько всё это фантасмагорично и невероятно, если не увидеть и не прожить лично, — обратилась она к остальным. — Никто не верит, пока не видит.

Гертра пожала плечами. Оксана и Дарина ждали. Школьница продолжала курить.

— Всегда, везде и во все времена, — начала «ведьма», — существовал прекрасный город, где всякий ребёнок мог обрести счастье. В вашей религии это называется Раем, в античности — нечто сродни Елисейским полям, в остальных мифах — так или иначе, аналог великой страны грёз. Это место звалось Карпой, Городом Мёртвых Детей. Попадая туда, дитя исчезало из своего времени, оказывалось на его улицах. Огромные башни, минареты, купола, стены жёлтого кирпича, бескрайние фонтанные площади, парковые аллеи под рощами плакучих ив, виноградники, даже пирамиды, библиотеки — это всё было там. Можете представить любое из подобных мест, написанное на картинах исчезнувших городов — и не ошибётесь. Когда ребенок попадал в Карпу, ему всегда давался выбор: однажды вернуться в своё время — в тот же миг и в то же место, откуда он исчез, или остаться там навсегда. Отсюда и название — многие дети выбирали её вместо знакомой им реальности. Оно и понятно: приходили туда, как правило, в моменты войн, катастроф, ссор и прочих невзгод, куда возвращаться попросту не хотелось: вернёшься — и скосит пулей, или получишь затрещину, или ещё что подобное. Словом, зачастую, по возвращении тебя ждали или серьёзные нерешённые проблемы, или самая простая смерть, на месте и без шуток. Сама же Карпа всячески заботилась о том, чтобы дети знали о ней. Будь то рассказы стариков, или сказки из книг, или народный фольклор, но, рано или поздно, так или иначе, ребёнок находил карту к ней. Она простая, это стихи:

Раз увиденные, эти стихи врезались в сознание ребёнка и всплывали в сознании в нужном времени и нужном месте, чтобы уберечь и спасти его. Так он оказывался в Карпе.

Находясь на её улицах, дитя могло выбрать себе до трёх различных талантов, и развивать их. Это могли быть самые разные умения, от совсем невероятных, вроде создавать созвездия воображаемых зверей, до вполне обыденных — мастерить игрушки, петь, писать. Да что угодно, лишь бы эти таланты никак не вредили ни городу, ни другим детям. В противном случае Карпа спрашивала ребёнка, уверен ли он в своём выборе. И если дитя не отказывалось от разрушительных талантов, то его тут же перемещало в темницы.

Темница — это сознание того, кто избрал разрушительный талант. Карпа погружала ребёнка в самое себя, и там он мог всецело насладиться обретённым даром, сея страх и разрушение в своём сердце, среди своих же иллюзий и выдуманных для своих забав жертв. Так же туда мгновенно помещались те, кто желал физического вреда другим детям, чтобы мысленно уничтожить обидчика, никак его не затронув в реальном мире. И, как следствие, любой ребёнок мог свободно покинуть Темницу, стоило лишь его пылу утихнуть, а сознанию — раскаяться и взять умение, что радует душу и полезно социуму. Или просто радует душу, но не мешает другим. На самом деле, на тот момент, когда мы с Сильфой и Орне — нашим братом, — попали в Карпу, там не осталось ни единого ребёнка, кто хотя бы раз не побывал в темнице — туда угодить можно по любому поводу. В остальном же, находясь в городе, дети работали над развитием обретённых навыков.

В тот момент, когда ты просишь у Карпы талант, она тебе даёт его задатки, самые основные умения, а после — подбрасывает тебе испытания, в которых ты можешь их развивать. Это и всё усложняющиеся музыкальные партии, и вечная стройка Башни из Слоновой Кости, на создание которой привлекались решительно все, и ещё великое множество разных заданий — всё сделано для того, чтобы дети чувствовали себя комфортно, развивались и отдыхали. Если ребёнок достигал вершины возможностей в избранном умении, он получал звание мастера, и мог продолжать использовать свой, отточенный до совершенства талант, пытаясь открыть в себе всё новые и новые грани, или взять другой, и начать всё с нуля.