Читаем Пленницы судьбы полностью

Иван Иванович Бецкой, которого встретила в Париже Делафон, был крупным государственным деятелем, просветителем и одновременно... отчаянным государственным романтиком. При этом он занимал особое место при дворе Екатерины II. Слов нет, Бецкой был ловким царедворцем. Не каждый мог удержаться наверху после переворота, при смене власти. На так называемых «крутых виражах истории» Бецкой удержался в седле и пользовался доверием Екатерины II, так же как и ранее он пользовался доверием ее супруга императора Петра III. Одни полагали, что Бецкой вовремя предал императора и перебежал к Екатерине, другие видели в этом одну из дворцовых тайн. Они говорили, что Бецкой очень приближен к Екатерине потому, что он — истинный ее отец. Все, мол, сходится: Бецкой в 1728 году был в Германии, там был особенно дружен с ангальт-цербстской принцессой Иоганной Елизаветой (в другой редакции — волочился за ней), будущей матерью Екатерины Великой. А дальше, мол, все понятно...

Думаю, что это обычные слухи о происхождении великих, вроде рассказов о том, что Суворов — сын Петра Великого. Правда здесь лишь то, что Бецкой при дворе Екатерины занимал особое место. Она относилась к нему по-родственному, тепло. Бецкой был ее советником во многих делах, долгие годы Иван Иванович оставался ее личным чтецом и собеседником, они даже ссорились, что позволялось далеко не всем приближенным и придворным. Но все же их объединяло родство особого характера — и Екатерина, и Бецкой, стоя крепко на русской почве, были «гражданами Республики Просвещения», жили в мире тогда популярных высоких идей и поэтому так хорошо понимали друг друга. Как и его покровительница Екатерина II, он находился под обаянием идей Просвещения, был убежден, что все несчастья России — от невежества, отсутствия культуры и образования.

Что же были за идеи, воодушевлявшие этих «граждан»? Бецкой и Екатерина обсуждали одну из распространенных проблем века Просвещения — как усовершенствовать мир, как вывести новую «породу» русских людей, умных, честных, законопослушных. Мысль эта не нова, и для нас особенно, — мы видели, как рухнули замыслы воспитать нового человека коммунизма. Но тогда, в XVIII веке, мысль о выведении «новой породы» не казалась нелепой. Оба были убеждены, что ребенок — это глина, которая примет ту форму, которую придаст ей воспитатель, проникнутый такими идеями Просвещения, как свобода, равенство, ценность человеческой личности. Нужен только новый инструмент, новая система образования и воспитания. И Бецкой, поддержанный Екатериной II, взялся за создание такой системы. Из проекта Бецкого 1763 года «Генеральное учреждение о воспитании» следовало: «Единственное средство приравнять Россию к прочим просвещенным государствам Европы состоит в том, чтобы образовать в ней среднее или третье сословие, а для достижения сего единое токмо средство остается: произвести сперва посредством воспитания, так сказать, новую породу, или новых отцов и матерей, которые детям бы своим те же прямые воспитания правила в сердце вселить могли, какие получили они сами, и от них дети передали бы далее своим детям, и так следуя из родов в роды, в будущие века. Великое сие намерение исполнить нет совсем иного способа, как завести воспитальные училища для обоего пола детей, которых принимать отнюдь не старее как на пятом и на шестом году». Вдумайся, читатель в эти слова! Главное — не спешить, воспитать даже не самих граждан: умных, трезвых, образованных, трудолюбивых, ответственных, верноподданных, — а только лишь «родителей будущих российских граждан»! А уж потом, со временем, из этих семей выйдут новые поколения истинных граждан, в которых так нуждается Россия.

Первым делом, которое затеял Бецкой, было устройство в 1763 году «Императорского воспитательного для приносимых детей дома». Это была революция по тем временам. Ужасна была в то время судьба незаконнорожденных детей, бастардов. Их топили в нужниках, бросали в воду, оставляли на морозе. Бецкой придумал такую систему, что любой человек, а тем более несчастная мать, родившая «зазорное дитя», подойдя к дому младенцев, могла положить кулек с малышом в специальный наклонный лоток, и через минуту он скатывался вниз, в приемный покой, на руки заботливой нянечки. Бецкой считал, что это и есть тот человеческий материал, из которого можно воспитать новую породу людей. Добавлю, что сам Бецкой на свои деньги содержал десять, а потом восемьдесят подкидышей из простонародья.