Читаем Пленник (СИ) полностью

Долго рассматривать замок мы не стали и после небольшого привала продолжили свой путь. С каждым часом становилось лишь холоднее и холоднее, но останавливаться было смерти подобно. В Негурии я с таким морозом никогда не встречался. В родном королевстве был очень мягкий климат. От северных холодов нас оберегал Тарсийский хребет, за которым жили промороженные и оттого особенно злые северяне. Жители Вераска всегда облизывались на наши земли и множество раз нападали на королевство, но каждый раз получали жестокий отпор. В первую очередь благодаря наличию в нашей армии боевых магов, которых регулярно выпускала столичная академия. Никакие колдуны или доморощенные шаманы не могли сопротивляться их мощи. Всё же академия была чудесным учебным заведением. В мире таких насчитывалось не так уж много, хотя были и более известные и большие, вроде той же Реваннской академии магии. А уж небольших частных школ магии и сосчитать было невозможно, но они были больше для богатых или каких-то религиозных объединений. Уровень таких школ естественно был значительно ниже и образование их выпускников существенно отставало от учеников академий.

Холод и бесконечный песок, освещённый звёздами, ввели моё сознание в лёгкий медитативный транс. Недаром в голову начали лезть воспоминания и всякие разные мысли.

Было бы неплохо, рано или поздно, но всё же добраться то необходимых знаний по универсальной магии. Задумавшись об этом, я вдруг понял, что хотел бы изучать магию и вполне возможно в дальнейшем стать преподавателем в академии Берилла. Возродить универсальную магию. Это было бы достойной целью в жизни одного человека. Вот только — это всё были просто мысли и мечты. Как бы я того ни хотел, но на первом месте в моих жизненных целях стояла месть. И если до древней твари я пока не мог добраться, да и сил с ней справиться не имел никаких. То одну мразь я очень хотел бы отправить во владения Лироны. Ведь нет никого хуже предателей, которым ты доверял, как самому себе. Эти твари оставляют на сердце столь уродливые незаживающие шрамы, что будут напоминать о себе до самой смерти. И лишь смерть предателя сможет немного смягчить эту постоянную, ноющую в груди, отвратительную боль.

Немного придя в себя от очередного порыва ледяного ветра, что кинул мне в лицо ещё и пригоршню песка, я даже и не поверил сразу, что это были мои мысли. Но отрицать подобное было бы глупостью. Всё же, все те ужасные события, что происходили со мной с поражающей регулярностью, что-то надломили во мне. Я менялся… Менялся каждый раз… И совсем не в лучшую сторону. Мне ведь было всего семнадцать лет, а я уже всерьёз обдумывал план мести и убийства своих врагов. Поморщившись в очередной раз, от песка, что летел прямо в глаза, я попытался разобраться в себе. Меня волновало, в первую очередь, не стал ли я кровожадным чудовищем, незаметно для себя самого. Но несмотря на всю жестокость, что поселилась внутри, ничего такого я не обнаружил. Потрясения конечно были серьёзными для моего разума, но во всём, что не касалось моей мести и моих врагов, я узнавал себя прежнего. Того самого восторженного мальчишку, что чудом попал в академию магии. Что с жадностью вчитывался в древние книги и параллельно с этим болтал с Глорхой о всякой всячине. С облегчением выдохнув, я понял, что даже все те смерти, что остались за моей спиной, не нависают надо мной тяжким бременем. Я просто пытался выжить и делал это так, как мог. Так что тот самый надлом, что произошёл в моём сознании, уже давно зарубцевался. И стало оно лишь крепче и прочнее благодаря этому. Это радовало, потому как мне были известны случаи, когда люди ломались и никогда уже не становились собой прежними.

Не смотря на то, что все испытания не смогли меня сломать, я чувствовал, что устал. Я очень устал от всего этого и мне жизненно необходима передышка и отдых. Невозможно постоянно жить, как загнанный зверь. А я себя таким и ощущал. Даже вся та злость, что клокотала во мне, пасовала перед необходимостью паузы. Не местью мне нужно было озаботиться в первую очередь, а необходимостью сохранения самого себя. Тот же Серж Убийца не собирался помирать в ближайшие годы, так что мог и подождать своей кары какое-то время. Да и месть это то блюдо, которое обретает особые нотки вкуса, лишь остыв и став холодным.

— Ты уснул что ли? — спросил меня Варт, вырывая из глубин разума.

— А? — встрепенувшись, переспросил я. — Нет, что ты. Просто задумался. Далеко нам ещё идти? А то я, если честно, уже начал уставать.

— Нет. Я как раз говорил тебе, что мы почти добрались. А ты всё пропустил мимо ушей. Вон, Дил, как скачет! Тоже хорошенько промёрз, несмотря на то, что бодрится.

— Это ж, сколько мы отмотали километров? Не меньше тридцати? — спросил я, удивившись, ведь пропустил половину пути, уйдя в себя и механически переставляя ноги.

— Возможно даже больше. — ответил мне дварф.