– Мисс Дарлингтон?

– Мне бы хотелось вернуться к себе.

Лоуренс, нахмурившись, бросает взгляд поверх моего плеча.

– Принц?

– Проводи ее, друг мой, – спокойно отзывается принц, резко подняв бокал и умудрившись при этом не расплескать вино. – Хорошая компания в моем лице, похоже, невыносима для бедняжки. Пусть вернется в свою комнату и успокоит потрепанные нервы.

Я чуть не скриплю зубами от злости. Однако когда Лоуренс вежливо улыбается мне, отвечаю тем же.

– Позвольте, мисс, – хочет он взять у меня поднос.

– Не надо, спасибо. – Я выскальзываю за дверь, оставляя позади балкон, роскошно накрытый стол и принца.

<p>Глава 8</p>

Мне хочется надеяться, что принц солгал о защитных заклинаниях в моей комнате. Неуклюже открывая дверь одной рукой, а другой прижав к бедру поднос с едой, я почти ожидаю увидеть каменных троллят: катающихся по полу, забирающихся по столбикам кровати, прыгающих на постели и копающихся в гардеробе. Я предвкушаю их восторг при виде принесенной еды, то, как они радостно бросятся ко мне и, скорее всего, сшибут меня с ног.

Но их нет. Есть только свидетельства хлопот Лир: разложенная на постели ночная сорочка, разожженный в камине огонь, пригашенные на сталактитах лампы. Самой Лир тоже нет.

Выходит, принц сказал правду. Я одна.

Я со вздохом ставлю тяжелый поднос на столик у окна. Потерянно обведя взглядом комнату, сажусь перед трюмо и смотрю на свое отражение в зеркале. Медленно начинаю вынимать из волос шпильки и кидать их в маленькую чашу. Движения мои спокойны, лицо безмятежно, но в голове творится полнейший хаос.

Я не доверяю принцу. Да и с чего бы? Он, может, и получеловек, но также и полуфейри. У него какой-то свой интерес, я в этом уверена. И он пытается ослабить мою бдительность.

Нет-нет, меня не обмануть. Я прекрасно помню правила, которых должен придерживаться в Эледрии Должник: «Никогда не зли фейри. Никогда не доверяй фейри. Никогда не влюбляйся в фейри».

Ну хотя бы влюбиться в принца Веспры мне не грозит! Но я уж точно его злю. Это правило нарушено несколько лет назад и совершенно непростительным образом. А разгневанный фейри – смертоносный фейри. Вот поэтому доверять ему и нельзя. Никогда.

Избавленные от шпилек волосы рассыпаются по плечам. Я энергично расчесываю их, снимая стресс после перипетий долгого дня. В комнате густеют тени. Возможно, это лишь обман зрения, но избавиться от неприятного и тревожного чувства, будто в этих тенях скрывается что-то живое, не получается.

Я откладываю расческу и вглядываюсь в особенно густую тень, собравшуюся в углу комнаты за кроватью, вдали от камина. Клянусь, я почти вижу в ней что-то! Что-то… небольшое. С длинными неуклюжими конечностями, странно изогнутыми и прижатыми к дрожащему тельцу.

От ужаса сердце уходит в пятки.

– Там ничего нет, – шепчу я.

Но это неправда. И тьма ждет, когда я заберусь в постель, погашу лампы и останусь в полном мраке, уязвимая и беспомощная.

Я почти слышу шепот на краю сознания: «Он ведь любит тебя».

Испуганно вскакиваю.

– Хватит! – Мой голос громок и тверд. И стоит мне заговорить, как тени отступают, становясь совершенно обычными. Пустыми.

Я снимаю красивое платье и надеваю ночную сорочку. Бросив последний взгляд на поднос с едой, залезаю в постель, натягиваю до подбородка одеяло и зарываюсь лицом в подушку.

Следовало бы погасить лампы. Лир научила меня, как это делать: достаточно просто сказать нужное слово. Но я боюсь. Крепко смежив веки, считаю до ста. Снова открыв глаза, смотрю на тончайший балдахин над головой.

В раздражении сажусь, откидываю одеяло и вылезаю из кровати. Достаю из трюмо свечу, зажигаю ее от одного из настенных канделябров и ставлю в серебряный подсвечник.

В Веспре, королевстве вечных сумерек, ночь мало чем отличается от дня. Служащие во дворце люди – такие, как я, – определяют время по звону колоколов. Однако мне кажется, что ближе к полуночи, когда небо за окнами становится цвета индиго, а звезды еще ярче сияют на его иссиня-черной канве, во дворце значительно темнеет.

Я высоко держу свечу. Она дает не теплый огненно-желтый свет, как в моем мире, а лунно-белый – бледный свет, подходящий этому миру. Несколько секунд я стою в коридоре, глядя в сторону библиотеки. Сердце отбивает причудливый ритм. Подстегнув себя, иду дальше, целеустремленно и быстро. Но не в библиотеку. Я направляюсь в другое место, и знаю путь, поскольку порасспрашивала о нем.

До западного крыла я добираюсь, не встретив ни единой живой души. Легко представить, что дворец покинут и что в этом царстве призраков и воспоминаний я осталась совершенно одна. Сам воздух тут наполнен пустотой, за которой ждет мир Кошмаров.

Сжав зубы, прогоняю страх. Не могу позволить ему поглотить меня.