— Мне ничего конкретного в голову не приходит. У хорошего агента ФБР всегда много врагов, разве нет? Люди, которые из-за него угодили за решетку, их родственники, сообщники и так далее. Но лично я не знаю никого, кто мог бы злоумышлять против Морвуда. — Истчестер помолчал. — В деле Арвенсена главная проблема — почти полное отсутствие доказательств. Пулю нашли, гильзу тоже, и на этом все. Никаких следов незаконного проникновения. К Арвенсену очень хорошо относились, врагов у него не было — по крайней мере, явных. Он производил впечатление удивительно честного, порядочного и прямого человека. У всех до единого сотрудников, заходивших в тщательно охраняемую комнату в тот вечер — а таких было не много, — есть алиби. Железное алиби. Морвуд и Старр почти сразу уткнулись в тупик и годами бились лбом в стену, но безрезультатно.

Старый ученый сокрушенно покачал головой.

Покинув закрытую территорию, Кори ехала по извилистой дороге из Лос-Аламоса и вспоминала сгоревшую лабораторию в отделении ФБР. Ей никогда не забыть едкие запахи и мрачные виды этого сырого пепелища в призрачном свете фонаря. Ее зарисовки, рентгеновские снимки челюстей, диаграммы и данные исследований надежно сохранены в компьютерной сети, там им огонь не страшен. Но все это неполная информация. Сведения из стоматологической базы данных, разумеется, тоже хранятся в «облаке». Однако пока эти ниточки ни к чему не привели. А сами жертвы убийства превратились в пепел, да и реконструкции лиц полностью уничтожены. Без целых черепов восстановить их невозможно. Как же Кори выяснит личности убитых?

У нее есть регулятор. Теперь, когда она знает, что это за штука, можно предположить, что цифры на устройстве — серийный номер. Надо попробовать что-нибудь узнать по нему.

Что именно, Кори понятия не имела.

41

Нора в радостном волнении осматривала территорию. Как только проложили дорогу, она запрыгнула в джип вместе с Эмилио и Скипом, и около полудня они уже были возле останцов Лос-Гигантес.

Это место оказалось намного живописнее прежнего, и еще одним плюсом было то, что в долине не так сильно дул ветер. Песчаниковые горы-свидетели тут и там возвышались над равниной, розово сияющие в свете полуденного солнца. Изучая местность, Нора не заметила никаких следов человеческой деятельности, которая велась здесь в 1947 году. То обстоятельство, что место падения так хорошо видно с воздуха, лишний раз доказывало мощность лидара.

Нора снова задумалась: возможно ли, чтобы здесь потерпел крушение инопланетный космический корабль? И вынуждена была признать, что подтверждения всё копятся и копятся. У нее возникло ощущение, что предстоящие раскопки разрешат этот вопрос окончательно. При мысли об этом она испытывала одновременно и азарт, и тревогу.

— Какой у нас план? — спросил Скип, уперев руки в бока и обводя взглядом долину.

— Исследуем местность, — ответила Нора. — Потом разметим территорию на квадраты и приступим к раскопкам.

Она была уверена, что до вечера сюда заглянет Таппан. Хотелось, чтобы к его приезду ей было чем похвастаться.

— Начнем, — объявила она.

Втроем они медленно обошли долину сначала с одной стороны, потом с другой и вернулись, высматривая на земле артефакты. На это ушел час, и они не обнаружили ничего, если не считать единственной проржавевшей жестянки из-под жевательного табака.

Нора и Скип принесли из джипа все необходимое, включая деревянные колья и флуоресцентную ленту. Виджил работал с теодолитом, Скип ходил с дальномерной рейкой, а Нора давала указания, и вот через час место раскопок оказалось разделено на ровные квадраты, границы которых были точно определены при помощи GPS. В этот момент Нора заметила на горизонте столб пыли. Несколько минут спустя подъехал Таппан. Он вылез из джипа и с широкой улыбкой оглядел подготовленное место раскопок.

— Вот это я называю прогрессом, — произнес он.

Нора невольно порозовела от удовольствия.

— Вы как раз вовремя. Посмотрите, как мы вскрываем первый квадрат.

— Именно на это я и рассчитывал.

Нора и Виджил осторожно сняли дерн и отложили в сторону, а потом взялись за серьезную работу: слой за слоем убирать песок. Таппан наблюдал из-под навеса, установленного возле участка, и время от времени переговаривался по рации с сотрудниками, оставшимися в основном лагере.

Работа продвигалась легко и быстро — именно этого Нора и ожидала, ведь землю здесь уже вынимали, а потом насыпали обратно, пусть даже с тех пор прошло много десятилетий. Они с Виджилом раскапывали квадраты, а Скип просеивал песок через два сита — для крупных предметов и для мелких. Шли часы, но повсюду был один сплошной песок, в сита ничего не попадалось. Место выглядело чистым — слишком чистым. Здесь даже обычные камешки не встречались.

Ближе к вечеру Таппан окликнул Нору:

— Можно вас на минутку?

Она вылезла из ямы и подошла к нему.