Читаем Плата за страх полностью

— Мне, — Тамара Владиславовна, должно быть от неловкости, заговорила чужим скрипучим голосом, который тем не менее очень шел к ее внешнему виду, — не хватает информации.

— Да? — Воротников с интересом откинулся на спинку кресла. Он оперся на подлокотники, словно готовился беседовать очень долго, и чуть улыбнулся красиво очерченными чувственными губами. — Интересно! Какой же информации вам не хватает?

— Обязанности? Функции? Полномочия? Зарплата? — стараясь твердо смотреть ему в глаза, все так же скрипуче перечислила Панкратова.

— Хорошо, — вроде бы хваля, кивнул Валерий Захарович и тут же вкрадчиво спросил: — На память надеетесь? Или не знаете, что деловое общение без блокнота и ручки невозможно?

«Ах ты, зануда!» — подумала Панкратова, стараясь сохранить лицо неподвижным и не отвести взгляд от веселых золотистых глаз. Молча показала, подняв над столом, маленький блокнот и крошечную ручку. Она заранее достала их из своих объемистых карманов. Был у нее там и микрокалькулятор, и много еще чего. Кузнецова здорово веселилась, помогая ей комплектовать «малый секретарский набор».

Воротников откинул голову, выставил не очень-то тщательно выбритый кадык и громко, заливисто расхохотался. Несколько волосков на сильном жилистом горле были единственным изъяном в его внешности. Даже прогрессирующая лысина и редкие волосы его не портили. Подумав об этом, Панкратова успокоилась и постаралась не поддаться хлынувшей от Валерия Захаровича волне дружелюбного веселья. Ей удалось сохранить на лице безразличие.

— Отлично! Умница! — Он упер руки в стол и подался всем телом к Тамаре Владиславовне. — Уверен, что мы сработаемся. Обязанность у вас будет одна: делать за меня то, что я сам делать не могу, не умею или не хочу. Или не успеваю. Функции? Их будет так много, что все сейчас и не перечислю. Главные: порядок в делах и бумагах, контроль за исполнением поручений. Но не просто чтобы делалось вовремя. «Абы как» меня не устраивает. Придется вам самой проверять и суть, и форму. Справитесь?

— Что молчите? Я спрашиваю: справитесь? — опять готовый вспылить, повторил Воротников.

— Еще не знаю, — ответила она глухо.

Он с удивленной иронией всмотрелся в блики на тонированных стеклах, загораживавших ее глаза.

— Почему? Вам не понравились мои манеры? Извините. Тут до вас меня несколько подзавели. Обычно я гораздо вежливее!

— Желание «постараться» не возникает на голом месте. А я пока не знаю, что меня ждет, — монотонно, демонстративно игнорируя его эмоциональность, ответила она. — Какие у меня будут условия для работы? Сколько ее окажется? И, наконец, как она будет оплачиваться?

— О-о, резонно. Это по существу, — закивал Воротников. — Об условиях…

Тут зазвонил телефон. Валерий Захарович помедлил, потом протянул руку к трубке и кивнул именно Тамаре:

— Извините. Слушаю, Воротников. A-а, привет-привет!

Едва возле губ Валерия Захаровича оказался микрофон телефона, его голос разительно изменился. Он стал ниже и солиднее. Сварливых и визгливых ноток как не бывало. Речь потекла с уверенной, даже вальяжной медлительностью. Глаза наполнились бесконечным терпением. Перемена случилась настолько резко и неожиданно, что Тамара опешила. Значит, ко всему прочему, ее предполагаемый работодатель еще и лицемер. Умелый причем. Вон как душевно и спокойно вещает в трубку. Будь на другом конце провода женщина, сразу же бы растаяла.

Нет, у нее совсем не лежала душа работать с таким.

Вернее, она себе это пыталась внушить.

Потому что уже поняла: Воротников из опасно притягательных для нее мужчин. Он способен заставить ее крутиться вокруг себя. Как спутник вокруг более массивной планеты. Она чуяла трудности и сложности, которыми чревато для нее общение с ним. Но деньги, выданные политологами, и заначка на черный день, оставшаяся от страховки, таяли. А когда ничего лучшего на горизонте не виднеется, надо брать то, что предлагает судьба.

— Нет, не верю я в эти ГКО, — терпеливо объяснял в трубку Воротников. — Посадят с ними в лужу. Правительство дотянет до последнего, соберет пенку, потом уронит рубль и сделает из краткосрочных обязательств долгосрочные. А потом назначат нового премьера. Нет, Игорь Владимирович, я не говорю, что не выплатят. Почему же нет? Выплатят. Только когда и сколько — вопрос! Сейчас банки и страховые компании уже по уши в ГКО. Масса иностранцев завязана. А что будет, когда люди за деньгами пойдут?.. Думаю, месяцев четыре-пять еще есть. У доллара? Сейчас скажу…

Валерий Захарович начал, чертыхаясь, рыться в бумагах на своем столе. Закрыв рукой микрофон трубки, он бросил Тамаре Владиславовне:

— Ничего не могу быстро найти! Вам, кстати, нужно будет здесь разобраться. Чтобы все лежало по порядку и на виду.