Читаем Пламя страсти полностью

– У вас замечатерьная дочь, мистер Фремминг, – послышался голос Вонга. Китаец высморкался в носовой платок и затем уважительно поклонился. – Я уверен, что вы очень гордитесь Тори. И мы с мистером Сарриваном очень доворьны, что смогри доставить ее вам.

Калеб взглянул поверх головы Тори и улыбнулся невысокому китайцу и возвышавшемуся над ним гиганту, стоящим в дверном проеме.

– Спасибо, что вы привезли мою маленькую девочку, – с чувством пробормотал Калеб. Он промокнул глаза платком и криво улыбнулся. – Пожалуй, мне больше не стоит называть ее маленькой девочкой… – Калеб еще раз нежно ее обнял. – Она совсем выросла и стала такой красавицей, какой я никогда себе и представить не мог.

До сих пор Дру молчал, небрежно прислонясь к дверному косяку. Его острый взгляд перебегал с раненой руки Калеба на его морщинистое лицо, а потом на пленительные черты Тори.

– Дру? Ты в порядке? – спросил Калеб.

Нет, черт возьми, какое там «в порядке»! Несколько неприятных мыслей одновременно копошились в его голове, и ему не нравилась ни одна из них!

– Что с рукой, Калеб? – ответил он вопросом на вопрос, указывая на повязку.

– Наш общий друг Уэбстер со своими прихвостнями разбушевался, – проворчал Калеб, огорченный темой разговора. – В последний раз, когда Тайрон пытался купить меня, я отклонил его предложение, и он напустил на меня своих бандитов. Но, разумеется, я не могу доказать его причастность.

Тори молча вскипела, услышав эту новость. Она решила непременно разыскать этого Уэбстера и пригрозить ему за то, что он осмелился напасть на ее отца. Тори проехала полстраны, чтобы встретиться с ним, и не потерпит никаких происков безжалостных негодяев, пытающихся разлучить их навеки!

Калеб переминался с ноги на ногу. Он с ужасом думал о том, как сообщить Дру о несчастье с его братом. Паренек чуть не умер от потери крови, когда Джон Генри нашел его на лугу. Билли Боб две недели не вставал с постели, ему повезло, что он вообще остался жив.

– В последнее время было полно краж скота, – сказал он, видя, как на суровые черты Дру набежало темное облако. – Билли Боб наткнулся на банду воров, но через неделю он уже встанет на ноги…

У Дру было чувство, будто кто-то ударил его кулаком в живот.

– Он сильно пострадал?

Лицо Калеба стало мрачным.

– Он получил пулю под ребра, но док сказал, что он молод и здоров и скоро поправится.

Не сказав ни слова, Дру повернулся на каблуках и пошел по коридору, соединявшему дом с холлом гостиницы. Его подгоняло стремление расквитаться с Тайроном, у которого, как всегда, будет отличное алиби. Хотя Дру не терпелось самому увидеть, что Билли Боб жив и выздоравливает, он испытывал жгучее желание немедленно добраться до Уэбстера. Поддавшись искушению, Дру направился в салун «Квин Хай». Он отведет душу с Уэбстером, а уж потом сядет в седло и поедет на ранчо, пообещал он себе.

Когда Дру бросился из дверей, Тори уставилась ему вслед, и душа ее ушла в пятки. Дру даже не побеспокоился о том, чтобы попрощаться или спросить, не хочет ли она пойти с ним. Конечно, она отказалась бы от предложения, но он по крайней мере мог хотя бы спросить! Хотя она и намеревалась остаться с Калебом, было обидно, что Дру так безразличен к ней. Очевидно, он, после того как почти шесть недель держал ее в подчинении, с облегчением сдал ее на руки отцу и отдалился от нее.

– Думаю, это было нелегкое путешествие, – размышлял вслух Калеб, подводя Тори к дивану и усаживая ее рядом с собой. – Ты, вероятно, больше не хотела меня видеть, но… ну… Я боялся, что ты презираешь меня, и хотел, чтобы ты услышала мои объяснения прежде, чем начнешь новую жизнь со своим мужем.

– Я часто тебе писала, – вздохнула Тори, кладя голову на широкое плечо отца. Когда Калеб раскрыл рот, она посмотрела на него сквозь густые, мокрые ресницы. – Кажется, вся почта находилась под контролем у мамы. Дру уверял меня, что ты пытался писать мне, но я никогда не отвечала. Все эти годы я думала, что ты рад тому, что я исчезла из твоей жизни.

– Зачем этой хитрой… – Калеб разразился чередой неразборчивых эпитетов в адрес Гвен и не мог остановиться целую минуту.

Тори потянулась, чтобы смягчить хмурое и возбужденное выражение на лице отца.

– Теперь все это не имеет значения, папа. Я рада, что ты послал за мной. Я вижу тебя, и это искупает все непонимание и длинный путь.

Калеб шумно выдохнул:

– Хотя тебе и пришлось пожертвовать роскошью дворца Эдгара Кассиди в Чикаго, чтобы навестить меня?

– Путешествие оказалось весьма поучительным, – призналась Тори. – Дру обучил меня науке выживать, когда я очутилась вне привычной городской обстановки. И я нисколько не раскаиваюсь в том, что приехала.

Калеб ничего не мог с собой поделать. Он еще раз сердечно обнял Тори, расплющив ее нос о свое плечо.

– Господи, как хорошо, что ты здесь, детка. Я сожалею о каждой минуте, которую провел в разлуке с тобой, и постараюсь компенсировать нам все эти годы.