Читаем Пламя Победы полностью

Он указал пальцем на грудь Карима. Тот опустил голову и чуть не вскрикнул: вся куртка спереди свисала длинными полосами, рубашка под ней тоже оказалась испорченной.

Но ран на теле не было.

– Ух ты ж ни черта себе! – проговорил Сатин, проводя руками по этим лохмотьям. – Я-то думал, это «огни Архангела Михаила».

– Нет, – покачал головой Инаков. – Это нечто иное…

– Оно вроде поверхностное, насколько могу судить, – произнес Илья, тоже рассматривая куртку Карима. – Ущерб от него небольшой, практической пользы никакой, на черта оно вообще нужно, не понимаю…

– Однако щит пробило, – пробормотал Карим.

– Это кто ж дверь-то снес? – раздался визгливый женский голос. Друзья как по команде обернулись. – Хулиганы! Варвары! И стоят, как ни в чем не бывало!

В зияющем проеме подъезда, уперев руки в бока, стояла грозного вида немолодая женщина в вязаном бордовом берете и такого же цвета расклешенном пальто.

– Это не мы, теть Нина! – принялся оправдываться Илья. – Мы сами пострадали!

Он поднял руки, которые за это время приняли весьма жутковатый, из-за сочившейся крови, вид. Увидев это, женщина сменила гнев на милость и принялась причитать.

Тем временем Инаков вынул из кармана брелок. Машина отозвалась на нажатие, щелкнул замок. Он открыл багажник, достал аптечку. Покопавшись, вынул пузырек с йодом и оторвал клочок ваты.

– Давай сюда руки, боец.

– Ну вот еще, я сам, – Скоробогатов забрал у начальника флакон и вату.

Открутив крышку, плеснул на вату йода и довольно ловко обработал все ранки на одной руке, потом так же на второй.

– Виртуоз! – восхитился Карим.

– Ван Клиберн, еж твою… – буркнул Инаков.

– Кто? – переспросил Скоробогатов, закручивая крышку.

– Был такой пианист известный. Что ж делать-то, переодеться ему надо, – Антон кивнул на Сатина. – Не в таком же виде переговоры с джинна вести…

Сбежались соседи: все спрашивали, что случилось, все возмущались тем, что двери больше нет, и никто не знал, что теперь делать.

– Да слесаря вызвать, что ж тут придумать еще, – вклинился Инаков. – Дверь-то вроде не пострадала, ее на место вернуть можно…

Деятельная тетя Нина тут же принялась командовать, распределяя: кто идет в диспетчерскую, а кто остается сторожить осиротевший вход.

– Старшая по подъезду, что ли? – тихо спросил Инаков у Ильи.

– Она, она. Пошли наверх, а то стоим, как…

Закинув аптечку обратно в багажник, Антон закрыл машину, и все трое направились в подъезд. Взглянув на пятнистые от йода руки Скоробогатова, Антон не удержался от усмешки:

– Леопардовый окрас.

– Смейтесь-смейтесь, Антон Николаевич, – вздохнул Илья. – То ли еще будет.

– Ох, только не накаркай… – предостерег Инаков.

Они вошли в квартиру.

– Снимай свои боевые доспехи, сейчас тебе другие подберем, – заявил Илья Кариму, открывая стоявший в прихожей шкаф.

Инаков тем временем ушел на кухню, набрал номер Амурова и стал извиняться, объясняя, что в силу некоторых обстоятельств они несколько задерживаются. Скоробогатов достал с верхней полки нераспечатанный целлофановый пакет с темно-коричневой водолазкой.

– Вот, например. Носишь такое? – он отлепил скотч, вытряхнул свитер из пакета.

– А что, нормальная водолазка. Вполне. – Карим принялся стаскивать с себя испорченную одежду.

– А я не ношу, – заявил Илья. – Мать подарила, а мне не нравится, когда на шею давит… Так, надо же из верхней одежды тебе что-нибудь. А что у нас есть?..

Он задумался и, нырнув в глубину шкафа, достал оттуда ветровку.

– Извини, могу только вот это предложить…

– Ничего, не замерзну, спасибо.

Карим живо напялил ветровку. Потом выгреб из карманов того, что еще недавно было курткой, все содержимое и разложил по обновке.

– Ну что, едем, орлы? – спросил подошедший Инаков. – Нас заждались уже…

Они спустились по лестнице. У крыльца все еще стояли соседи, давая советы прибывшему слесарю. Сатин отправился к мусорному баку и выбросил изодранную одежду.

Илья сел впереди, рядом с Инаковым, Карим – сзади.

Ехали быстро, за сто двадцать.

Не успели одолеть и двух километров, как машина пару раз чихнула и дернулась.

– Что за дела?.. – пробормотал Инаков.

На светофоре он резко затормозил, так что Илья чуть не ткнулся головой в лобовое стекло. Мотор заглох. Антон попытался снова завести машину, чтоб сразу сорваться на зеленый, но у него ничего не вышло.

– Шеф, а что это у вас мигает? – спросил Илья, кивнув на красную лампочку на панели.

Инаков посмотрел – и чуть не поперхнулся.

– Что, бензин? – спросил Карим, с трудом сдерживая нервный смех.

– Да у меня же был полный бак! – чуть не заорал Антон. – Что за чертовщина? Что за, мать вашу, такое, я спрашиваю? Как это понимать, еж твою в задницу?

Позади уже сигналили, поскольку загорелся зеленый.

– Включайте аварийку, – вздохнул Илья. – По-моему, нас развели, как детей.

– Бензин, конечно, слили, – понимающе проговорил Карим. – С собой что-нибудь есть?

– Есть канистра. Илюха, помоги…

Илья с Инаковым, который не переставал ругаться, вылезли из мигающей аварийкой «Калины». Их объезжали. Открыв багажник, Антон не поверил своим глазам.

– Не может быть… – пробормотал он, ныряя в багажник чуть не с головой.