– Блин, – сказал Убер. – Вот всегда так. Тебе смешно, а товарищу химзу срочно надо новую.

– Новую? – не понял Комар.

– Сухую. И без запаха, желательно.

– Мне бы самому такая не помешала, – признался Комар. – Этот долб… дорогой гость напугал так, что до сих пор внутри все трясется. Придурок.

Вдвоем они подошли к незнакомцу, державшему руки над головой. Незваного гостя трясло. Комар оглядел его старую химзу, сочувственно покачал головой. После того, как он чуть не застрелил пришельца, он чувствовал перед ним какую-то ответственность. Да и вообще, неловко вышло.

– Извини, мужик, случайно вышло, – сказал Комар. Противогаз гостя – новенький хороший ГП-9 мотнулся вниз, вверх. Смешно.

Убер ногой отодвинул автомат гостя в сторону. Обошел того по кругу, встал за спиной.

– Ты зачем пришел? – спросил он гостя, стоящего на коленях.

Тот покосился.

– Поговорить, – ответил наконец. Голос звучал глухо.

– Что ж… – Убер уселся в прежнее кресло, закинул ногу на ногу. Затянулся невидимой сигаретой и выпустил невидимый дым. Герда хмыкнула. – Иди сюда, присядь. Раз мы тебя не пристрелили, давай поговорим.

Глава 23

Кладбище слонов

Санкт-Петербург, поверхность, день X + 3

Ночь. Аптека. Фонарь.

Здание. Подвал. Отдых.

Свет. Карбидка. Иллюзия уюта.

Завтра снова в путь.

Все повторяется. Меняются только локации.

Дневной свет, опасный для глаз, решили переждать в здании. Спустились по захламленной обломками лестнице в подвал. Тут раньше был не то бар, не то салон красоты. Луч фонаря выхватил из темноты серую железную дверь.

Убер подумал и кивнул.

– Сюда.

…Он посмотрел на счетчик – тот изредка потрескивал. Скинхед обошел с ним углы подвала, поцокал языком, потом кивнул остальным. Можно. Здоровья это, конечно, не прибавит, но зато можно снять противогазы, отдышаться и даже поспать. Иначе в масках совсем сдохнешь.

Сняли противогазы.

Все мокрые насквозь, словно из бани. Убер стянул с жилистого торса мокрый тельник, отжал, повесил сушиться. Подмигнул Герде, повернулся… И замер. Лицо его застыло.

– Убер, что… – Герда замолчала.

Убер молча смотрел на гостя, что явился к ним в кофейне. Гость тоже стянул противогаз, вытер ладонью лицо. Почувствовав взгляд Убера, поднял голову…

Вспышка. Резкий железистый запах крови. Свет фонаря. Длинные плоскогубцы…

Вырванный с мясом ноготь.

Крик.

Убер мотнул головой, вернулся обратно.

Под противогазом оказался молодой красивый парень, чем-то похожий на итальянца из старых фильмов. Только весь мокрый, с распаренным красным лицом. И все равно красивый, подумала Герда.

– Тебя как зовут? – спросил Комар.

– Ахмет, – сказал парень. Внезапно глаза его расширились…

Потому что парень, наконец, разглядел Убера. Узнавание.

Лицо парня исказилось. Посерело на глазах. Что-то неприятное мелькнуло в этом лице. Гнев, страх, ненависть, злоба. Назвавшийся Ахметом потянулся к оружию. Комар поднял брови и отодвинул дробовик в сторону. Отдавать пришельцу свой дробовик он точно не собирался.

В следующее мгновение гость отлетел к стене, ударился спиной. Сполз на пол и застонал.

– Убер!

Скинхед – это он ударил гостя в живот – подошел, схватил Ахмета за воротник и швырнул в центр комнаты. Тот перекатился, врезался плечом в стену. Застонал сквозь зубы.

Убер пошел медленной тяжелой поступью. Ахмет смотрел на него с пола.

– Убер, что это значит?! – закричала Герда.

– Герда, познакомься, это царь. Царь, это Герда. А теперь, когда с формальностями покончено…

Убер надвинулся на Ахмета – жестокий, стремительный:

– Вставай, говно.

– Убер, не надо! – Герда не могла понять, что происходит. Комар открыл рот, Таджик невозмутимо склонил голову на плечо, словно большая собака. – Убер, нет!

– Надо. Вставай!

Ахмет взглянул исподлобья, начал подниматься. Убер двинулся вокруг него по кругу, широко расставив жилистые сильные руки. Татуировка – серп и молот в лавровом венке, – темным пятном выделялась на его плече.

– Я расскажу тебе одну историю. Ты слушаешь, говно?! Слушай внимательно. Однажды великий греческий философ по имени Платон дал определение, что такое «человек». Тебе интересно, говно?

И что же, по Платону, человек? Как его узнать?

Человек, сказал Платон, это птица без перьев, разучившаяся летать. – Убер раскинул руки, словно действительно был птицей. – Видишь?

Прекрасное применение Бритвы Оккама, не находите?

Тогда вот вам продолжение истории: тогда великий Диоген… да-да, тот, что жил в бочке… услышав это определение, поймал петуха. Ощипал и принес Платону. Смотри, Платон, вот твой человек!

Ахмет повернулся к Герде, открыл рот… Тут же получил удар по почкам и рухнул на четвереньки.

– Убер! – закричала Герда.

– Внимательно слушаем. – Убер, страшный и пугающий, снова пошел по кругу. Ахмет выплюнул кровь. Злобно оскалился. Начал вставать, пригнув низко голову. Затравленный, битый, но все еще опасный зверь. Хищник на карачках.