Потом был машинный зал Саяно-Шушенской ГЭС. Там собрали человек пятьдесят. Все в касках! Если перекрытие гигантского зала рухнет, то каски не спасут, это ясно. Работу у них над головой никто не вел. У этой оперы один художник на все города, любит, видимо, каски как яркую деталь. Но, г-н президент, согласитесь: это же глупо. Если там опасно – значит, людей подвергают риску ради телекартинки. А если опасности нет, то каски усиливают привкус театральщины, они превращаются в деталь сценического костюма, увы.

И людей превращают в деталь спектакля. Ведущая в зале идет с микрофоном к старушке, которая вдруг захотела задать вопрос. Ведущая идет к ней, а по дороге рассказывает подробную биографию этой пенсионерки. И что нам думать? Либо ведущая знает биографии сотен сидящих в зале. Либо она заранее угадала, кто задаст вопрос и выучила только старушкину биографию. Старушка не подвела: «Мы, пенсионеры, очень благодарны вам, Владимир Владимирович! Вы слышите нас, простых людей!»

Надеюсь, вы все же смотрели на это. Премьер был прекрасен, а народ – так себе. Стоит чуть не сто человек (кажется, в Тольятти) – ведущий спрашивает: «Кто хочет задать вопрос Владимиру Владимировичу?» Никого. Ведущий как бы озирается, как бы ищет, кого выбрать, и видит одну поднятую руку. Ай-я-яй. Если бы там раздавали заурядные пирожки, народ бы кинулся, была бы давка (даже на фуршетах весьма состоятельные господа и дамы кидаются к столам, к икорке). А тут – раз в жизни выпало счастье обратиться к царю (чтобы не сказать к господу богу), а они стоят, лица неподвижны, к микрофону не тянутся… В театре режиссер бы уже орал: не верю! Ну а телезрители, конечно, верят. Или нет?

Четыре часа продолжалось. Вспомните, г-н президент, недавние времена, когда г-н премьер был президентом. Попробовал бы какой-нибудь его премьер (Касьянов, Фрадков, Зубков) выйти в прямой эфир на общение с Россией. Все бы, во-первых, решили, что он с ума сошел. Во-вторых, даже если б и сошел (с кем не бывает?), то кто б ему дал теле– и радиоканалы, городские площади, заводские цеха и разрушенные гидростанции – даже совестно рассуждать. Успокоительный укольчик, и – баиньки на пенсию.

Напоследок скажу: бывают спектакли и подлиннее. У Някрошюса «Вишневый сад», например, шесть с лишним часов. Но ведь там есть антракты, а тут… то ли йоги собрались в зале, умеющие контролировать внутренние функции организма, то ли в памперсах сидели. Чего не сделаешь ради ОБЩЕСТВА, НАУКИ, КУЛЬТУРЫ и т. д.

Сам премьер сидел как железный, никуда не спешил, в запасе вечность. Девочка из далекого города написала ему: мол, у нас в школе всего три компьютера. Он улыбнулся: «Я, как Хоттабыч, пришлю по компьютеру каждому ученику вашей школы». Значит, не бог, а всего лишь джинн, какая скромность!

Царь-пушкой по воробьям

11 декабря 2009

Г-н президент, в Перми ураган отставок! Руководство области, руководство города – все наперегонки пишут заявления. Заставь дурака богу молиться – он и лоб расшибет. А бог (в данном случае) – это вы.

Произошли две трагедии подряд: катастрофа «Невского экспресса» и пожар в Перми.

После теракта вы сказали: «Мы должны, с учетом того, что произошло, отработать все возможные версии происшествия. Все возможные версии, все мотивы совершения этого трагического происшествия, этого чудовищного преступления». Видите, какие аккуратные слова: «с учетом», «версии», «мотивы» – и странная неуверенность: «происшествие» или «преступление».

Во втором случае ваша реакция была гораздо жестче:

«Нет ни мозгов, ни совести. Наказать нужно будет по полной программе».

Это вы говорили 5 декабря в Горках, инструктируя Шойгу. А 8 декабря там же, в Горках, вы давали задание генеральному прокурору: «У нас вследствие разгильдяйства, я сказал бы, даже раздолбайства такого, которое превратилось уже в государственную угрозу, происходит огромное количество чрезвычайных ситуаций: и на дорогах, и в пожарах люди гибнут. Последний случай, который произошел в Перми, просто за гранью добра и зла. То, что хозяева и устроители этого шоу – безответственные мерзавцы, это понятно. Нужно разобраться во всем тотально, посмотреть на всю цепочку тех, кто к этому причастен, потому что невозможно уже с этим мириться. Начиная, естественно, от владельцев и собственника здания, арендаторы, устроители этого шоу, контрольные структуры (и местные, и федеральные) – выявить всех, кто к этому причастен».

Видите, какие резкие слова: «мерзавцы», «наказать по полной», «ни мозгов, ни совести».

Не так часто от вас (президента России) в официальной обстановке услышишь «раздолбайство». Дело не в степени грубости – иногда президенты даже матом ругаются.

Но тут не ругань в пивной, а встреча юристов, под телекамерами. Никакого преступления под названием «раздолбайство» в Уголовном кодексе нет. Что вы приказали генпрокурору? Похоже, выедолбать раздолбаев.

Но пожар в Перми – даже при ужасном числе погибших – бытовуха, результат глупости, пьянки. А подрыв «Невского экспресса» – умышленное групповое убийство, террор.