Читаем Писать поперек полностью

Во многом этот спрос определялся присутствием пьесы в репертуаре столичных театров. В 1885 г. Рассохин писал Е.П. Карпову, впоследствии известному драматургу: «Возвращаю Вашу рукопись, издавать которую решительно не можем; конечно, не по литературным недостаткам, – об них я и не могу говорить, потому что пиеса Ваша во всяком случае может быть поставлена на любой сцене, но дело в том, что в Москве поставить пиесу очень трудно; здесь есть очень много своих драматургов, которые заполонили своими пиесами все театры. Я предлагал “На развалинах прошлого” здешним антрепренерам, но ничего не вышло, так как все они буквально завалены рукописями.

Если пиеса не играется на столичных театрах, она у нас лежит без движения, вот почему мы и отказываемся от литографирования. Доказательством, что столичные театры дают тон всей провинции, может служить еще и то обстоятельство, что Вашей печатной пиесы “По разным дорогам” продано у нас всего 3 экземпляра! В Москве эта пиеса не играется, и в провинцию ее не требуют. Все, что идет в столицах, – то требуют и на провинцию»217.

Помимо отбора пьес для издания и переиздания Рассохин должен был решать и другую серьезную проблему – налаживание взаимоотношений с театральной цензурой, учреждением чрезвычайно бюрократическим. Этому вопросу Рассохин посвятил специальную записку «О современном положении драматической цензуры», которую передал в 1905 г. председателю Комиссии по пересмотру законов о печати.

По существующим законоположениям автор сначала должен был представить свою пьесу в рукописи в Главное управление по делам печати. Рассохин отмечал, что драматическая цензура «буквально завалена рукописями и нет ничего удивительного, что некоторые рукописи задерживаются этой цензурой иногда по полугоду»218.

Если пьесу разрешали к постановке, то экземпляр с соответствующей подписью цензора возвращался автору и исполнять пьесу можно было только по этому единственному экземпляру.

Для того чтобы ее могли исполнять не только в одном театре, автору нужно было пьесу издать. Тогда он представлял ее в общую цензуру и ходатайствовал о разрешении к печати. Получив таковое и издав пьесу, он вновь представлял ее в Главное управление (в печатном виде) и ходатайствовал о внесении ее названия в публикуемый в «Правительственном вестнике» список пьес, «безусловно дозволенных к представлению», поскольку полиция обязана была разрешать исполнение на сцене только тех пьес, которые включены в данный список.

Рассохин сетовал, что списки разрешенных пьес «печатаются в “Правительственном вестнике” весьма неопределенно, от 10 и до 12 раз в год; иногда пьеса вносится в “Правительственный вестник” весьма скоро, иногда же по истечении месяца-двух и даже года, а иногда и совсем не вносится, хотя и издана во всем точно с оригиналом, разрешенным как драматическою, так и общею цензурами»219.

Подобная ситуация создавала почву для разного рода злоупотреблений. Так, по свидетельству Рассохина, «существующие в Петербурге комиссионные конторы снимали копии с оригиналов пьес, хранящихся в Главном управлении, изготовляли эти копии на машинах, скрепляли в драматической цензуре и продавали их частным лицам без разрешения и согласия автора»220.

Чтобы справиться с этим бюрократическим учреждением, Рассохин использовал знакомства. Так, например, в 1880-х гг. он неоднократно прибегал к протекции А.Ф. Крюковского, цензора драматической цензуры и в то же время драматурга, прося его ускорить прохождение через цензуру тех или иных пьес и включение их названий в регулярно публикуемые списки разрешенных пьес, и старался услужить ему изданием его пьес221.

Еще одной ключевой проблемой для Рассохина было установление тесных связей с потребителями, т.е. с антрепренерами, режиссерами, актерами. В условиях России, с ее обширными пространствами, проблемой для издателя всегда становилось обеспечение распространения.

Рассохин использовал все средства, чтобы довести до потенциального потребителя информацию о своих изданиях и вообще о фондах своей библиотеки. Для этого он регулярно публиковал как каталоги библиотеки, так и списки своих последних изданий, причем как отдельными книгами и брошюрами222, так и в театральной периодике223. Каталоги библиотеки рассылались по требованию бесплатно224.