Читаем Пираты полностью

– А меня, напротив, ужасает, и хотя я бесконечно благодарен этим землям за отличные возможности, которые они мне дали, признаюсь, что есть две вещи, к которым я так и не смог привыкнуть: жара и москиты. – Он весело улыбнулся. – Знали ли вы, что адмирал Колумб однажды признался, что худшими врагами, с которыми он сталкивался в своей жизни, были москиты северного побережья Ямайки?

– Нет, – признался маргаритянин, – не знал.

– Так оно и есть, и поэтому я настоятельно рекомендую вам никогда не селиться на северном побережье. Здесь южный ветер гонит москитов вглубь суши, а там – наоборот, и это невыносимо.

Мистер Кук продолжал рассказывать об острове и его особенностях, пока они ехали в небольшой повозке, запряженной уставшим конем, по ухоженной дорожке вдоль побережья, где местами появлялись группы рыбацких хижин. Дальше вглубь острова стояли роскошные особняки, окруженные обширными плантациями сахарного тростника, где трудились десятки рабов.

– На мой вкус, в Кабальос Бланкос производят лучший ром на острове, – заметил ирландец в какой-то момент. – Завод принадлежит шотландцу, который за несколько лет заработал огромное состояние. Говорят, он мечтает вернуться на родину и открыть большую вискокурню. – Он обернулся к Себастьяну, не переставая подгонять животное. – Вам было бы интересно заняться ромом? Купить этот завод могло бы стать великолепной возможностью, и, возможно, мы…

Капитан Джек прервал его, положив руку ему на предплечье и указав на обгоревшие руины огромного особняка, который возвышался на красивом утесе, окруженном высокими пальмами, густыми деревьями и десятками цветочных клумб. Особняк поражал своим расположением, прямо над прозрачными голубыми водами, усеянными коралловыми рифами, и обугленными балюстрадами и балками.

– Что это? – спросил он.

–Это? —ответил другой с раздражением. – Руины!

–Да, – признал маргаритец. – Я вижу, что это руины. И весьма разрушенные, надо сказать! Но место прекрасное. Кому они принадлежат?

–Сейчас никому. В свое время это был самый роскошный особняк на острове. Его построил капитан Бардине.

–Что случилось?

–Это грустная история.

–Мне хотелось бы её услышать.

Другой бросил на него странный взгляд искоса; казалось, он не хотел рассказывать, но в конце концов пожал плечами и начал говорить, не отводя глаз от обгоревшего особняка, который оставался по правую сторону:

–Капитан Бардине жил, совмещая торговлю ромом и кораблями… вы понимаете, о чём я. Однажды в Лондоне он встретил прекрасную, утончённую даму из высшего общества, женился на ней, привёз на остров и построил для неё эту виллу. – Он фыркнул. – В течение многих лет они были самой счастливой парой на Ямайке, несмотря на частые поездки капитана, который стал одним из помощников Моргана. – Мистер Кук сделал долгую паузу, словно собирался с духом, чтобы закончить рассказ. – Вернувшись после взятия Панамы, неслыханно богатый от доли добычи, которая ему досталась, Бардине поспешил домой, так как знал, что его жена вот-вот родит их первого ребёнка. К несчастью, она умерла при родах, и это погрузило капитана в отчаяние, которое сменилось яростью, когда акушерка принесла ему виновницу смерти женщины, которую он обожал. Это была негритянка.

–Негритянка? – удивлённо переспросил Себастьян.

–Именно так! Видимо, во время долгих отсутствий капитана эта ветреная дамочка развлекалась с почти всеми рабами на плантации.

–Чёрт побери!

–Вот именно! Чёрт побери! Капитан Бардине ворвался в барак рабов, кастрировал их всех живьём, затем лично отрубил головы каждому и, наконец, поджёг дом. Потом он поднялся на свой корабль и исчез.

–Печальная история!

–Очень печальная, да. Особенно если учесть, что эта дамочка выглядела так, словно и тарелки в жизни не разбила. Не стоит доверять тихоням!

Они продолжили путь в молчании, пока через двадцать минут не добрались до границ искомой усадьбы – места уединённого, прохладного, приятного, обставленного со вкусом и находящегося менее чем в трёхстах метрах от длинного пляжа, омываемого мягкими волнами.

Себастьян Хередия осмотрел усадьбу от края до края, сел на веранду под пристальным взглядом ирландца и, наконец, слегка кивнул головой.

–Я её беру, – сказал он. – Но только на то время, пока буду восстанавливать особняк, который мы видели.

–"Негритянка Бардине"? – воскликнул другой, ошеломлённый. – Вы не серьёзно!

–Совершенно серьёзно.

–Но этот дом проклят.

–Проклята была его хозяйка, а не дом. Вы можете достать мне его?

–Разумеется! – незамедлительно последовал ответ. – Более того, я могу предоставить оригинальные чертежи. Мы строили его.

–В таком случае больше нечего обсуждать. Договорились.

Вернувшись на "Жакаре", Себастьян изложил своему отцу и сестре, в присутствии Лукаса Кастаньо, соглашение, которое он заключил.

–Восстановление, меблировка и благоустройство "Негритянки" займут вас, – заключил он. – И я уверяю, что это самое красивое место, которое вы когда-либо видели.

–Сколько это будет стоить? – сразу спросила Селеста.

–Это моё дело.

–Но у тебя есть деньги?