Читаем Пиранья полностью

– Совершенно. Мы нащупали кончик и стали осторожно разматывать клубок, – он выложил перед Мазуром лист желтоватой бумаги, исчерченный кругами и треугольниками. Их соединяли стрелки и пунктиры, а внутри были надписи на арабском. – Я сейчас объясню… У нас есть агенты во владениях Джараба. Гораздо меньше, чем хотелось бы, но кое-какая сеть налажена. Первые известия пришли как раз оттуда… Если разобраться, схема незамысловата и мало чем отличается от точного описания действий вороватого приказчика, систематически и понемногу обкрадывающего хозяина-купца. Объемы поставок большие – вы очень много нам помогаете, мы благодарны… И всегда есть возможность отщипнуть толику. Так вот, часть грузов попадает не в арсеналы республики, а прямиком перебрасывается к Джарабу на военных грузовиках. Здесь отлаженная цепочка: доверенный человек вашего генерала, майор Мар-чен-ко поддерживает связь с военными чиновниками из арсенала, которые подрисовывают ведомости и инвентарные описи – и тот же майор на контакте с перевозчиками. Не считая мелких исполнителей, которые сплошь и рядом просто не в курсе, что занимаются не своими прямыми обязанностями, а чем-то предосудительным, задействовано около десяти человек. Тех, кто гребет деньги. До сих пор мы только наблюдали, но вчера аккуратненько взяли одного. Повезло. Его отправили в командировку в провинцию, там мы его без шума изъяли, инсценировали нападение диверсантов. Все проделано чисто, никто ничего не заподозрил: есть сгоревшая, обстрелянная из гранатометов машина, парочка обуглившихся до полной неузнаваемости трупов, – он усмехнулся одними губами. – Для вящей скрупулезности павшего за республику отважного воина уже похоронили со всеми почестями… Все гладко.

– Он говорит? – глухо произнес Мазур.

– Много и откровенно, – жестко улыбнулся Юсеф, будто оскалился. – Он прямо-таки умоляет, чтобы ему не мешали говорить… Мы уже знаем достаточно, чтобы снять всех. Я имею в виду, наших. С вашими людьми, конечно же, предстоит разбираться вам. Это очень деликатное дело, товарищ Мазур, вы сами понимаете. Нельзя давать ни малейшего повода для злословия как внутреннему врагу, так и империалистической пропаганде. История одинаково неприглядная как для республики, так и для наших советских друзей. Высоко, очень высоко, – он значительно воздел палец, – было решено, что официальные каналы задействовать не стоит. Вы попросту передадите материалы людям, облеченным соответствующими полномочиями. Как-никак вы непростой военный – вы на секретной работе, выполняете особые миссии, это подразумевает вашу вовлеченность в специфический круг проблем…

– А что я должен показать нашим? – спросил Мазур, ощущая во рту мерзкий привкус. – Эту вашу схему? Не маловато ли?

– Товарищ Мазур! – воскликнул Юсеф с неприкрытой обидой. – Я бы никогда не пришел к нашему советскому другу со столь легковесными основаниями. Я прекрасно помню, что возможны любые провокации, враг коварен… К сожалению, все крайне доказательно, – он положил ладонь на папку. – Здесь имеются подробные показания этого мерзавца, мнимого павшего героя. У нас не было времени переводить на английский – да и не стоило расширять круг посвященных – но у вас ведь немало знатоков арабского. Кроме того, здесь множество фотографий. Практически все этапы потаенно зафиксированы на пленку. Погрузка. Отъезд машин в направлении контролируемых Джарабом территорий. Номера машин, лица водителей и сопровождающих. Особую ценность представляют полдюжины снимков, сделанных у Джараба. Качество не всегда на высоте, но нет никаких сомнений в том, что именно снято. Передача денег, опять-таки на всех этапах. Вот это – эмиссары Джараба, вот это – люди из арсенала. Вот это – Марченко получает от них деньги. Вот он передает пакет Кумышеву, видите? Тот самый пакет… Там доллары, в пакете. Кроме того… – он поколебался, но решительно продолжал. – Позвольте уж не углубляться в некоторые тонкости, но у нас была возможность осмотреться в комнатах, занимаемых генералом на базе, в соседнем с вашим доме…

Ну конечно, подумал Мазур. Еще один незаметный, бесплотный, как тень, исполнительный прислужник. Тут и гадать нечего. Или смазливенькая горничная в кружевном передничке, ни в чем хозяину апартаментов не отказывающая и потому оставшаяся вне подозрений – есть такие в соседнем доме, у чистых вояк. Тут и гадать нечего. Внутренняя агентура.