Читаем Пилот Империи полностью

– Ага! Ну да, ну да, – он отхлебнул горячий напиток, и продолжил свою повесть, – В общем, выйдя из этого тропического леса, мы растеряли половину технических новинок, щедро отписанных нашим ведомством. Ладно бы в бою там, или при извержении вулкана, но блин на вполне обычном пешем маршруте. Серёга – тогда ещё не Грек, был в ярости: на лабораторию, на командование, на провальные испытания, на команду эвакуации, но сильнее всего на говёное оборудование, и соответственно снова на командование. Благодаря его бараньей упёртости, мы, окончательно загнав личный состав, на целых двое суток раньше припёрлись на вспомогательный аэродром. Ну, там естественно дали желторотикам отдышаться, кроме того и сами упахались, как черти. Решили повременить с выходом на связь, и дать всем нам возможность отдохнуть. Весь технический хлам покидали в одном из ангаров, людей разместили в другом – по приличнее, посадили пару дежурных в пункте связи. Благо коды к законсервированным помещениям были с собой изначально, перед высадкой на всякий случай затребовали с той самой военной базы, путь на которую наш бедовый отряд держал изначально. Только-только разместились, я уж глаза закрыл, сон сладкий видеть начал – как получил пинок под рёбра. Оказывается, прибежал заспанный дежурный да в тёмном помещении не разглядел и споткнулся о мою персону. Свет, видите ли, включить он постеснялся. Ну, встал я, взял его за химок, встряхнул пару раз для профилактики и велел докладывать раз уж припёрся. Новости парень принёс неожиданные, важные и крайне неутешительные. На связь вышло высокое командование!..

Тёма зашвыркал, прихлёбывая своё питательное пойло, и ненадолго отвлёкся. Я тем временем использовал предоставленную возможность, чтобы взглянуть на приборы. Всё шло своим чередом. Слабые помехи, появившиеся на сканере, были вызваны небольшой электромагнитной бурей, но она проходила далеко от намеченного курса, и я не стал заострять на этом внимания пилотов других кораблей. Оказалось, что бригадир тоже отследил мельтешение на экране, и видимо решил проверить лишний раз мою эрудированность.

– Помехи видишь?

– Да. Уже проверил, буря далеко и нас не заденет, – подтвердил я.

– Добро, добро! – похвалил он, – Хорошего пилота оторвал себе Костров.

– Может и так. Не боитесь захвалить?

– Ладно, довольно играть в скромника. С Ленкой познакомился уже?

– Так, самую малость. Пообщались по корабельному интеркому…

– Понравилась?

– Да как сказать, – немного растерялся я, – Голос выше всяких похвал, она ещё фотку прислала…

– И?.. – Станиславичу явно хотелось развить эту тему.

– Говорю же симпатичная! – Чуть раздражённо ответил я и сам спросил: – А почему спрашиваете?

Тут уже замялся он сам.

– Эм..м… Да как то… Интересно просто!

Конечно, интересно бригадиру…

Я вспомнил недавний разговор с Жераром. Сплетник ещё тот оказался, кстати. О не сложившемся романе между Темой и Ленкой среди экипажа ходят просто невероятные слухи! Потом об этом мне протрепался всё тот же Сеня. Кстати полное его имя Симеон Митрофанович Зайкирин. Моложе меня на три года, посредственный пилот, но очень талантливый механик, с электроникой так вообще на короткой ноге. Единственный его настоящий недостаток – это чрезвычайно длинный язык. За свои регулярные и нерегулярные злословия Сеня регулярно получает от бригадира Артёма. Не подумайте, что тумаки (до этого у них доходит редко), но выговоры и порицания вполне обыденная между ними вещь. Тёма вообще редко распускает руки, хотя как говорит та же Рита – определённо метко.

И вот. Парни, под большим разумеется секретом, поведали, что Артемий Станиславович давно и безнадёжно влюблён в Елену. Что-то в районе уже пяти лет. Но та не понимает его чувств или просто не хочет принимать ухаживания от несколько неотёсанного и добродушного на вид медведя бригадира. Однако достаточно пообщавшись с Тёмой, начинаешь понимать, что первое впечатление о нём сильно обманчиво. Хотя и не мне судить об их отношениях, было в них нечто явно завуалированное, нечто неприятное произошедшее однажды между этими двумя. По крайней мере, только так можно было объяснить тот факт, из-за которого бригадир серьёзно тормозил при любом упоминании о ней, но при всём сам никогда и ни за что не заговаривал с Леной первым.

– Так что там дальше про ваш отряд? – Прервал я затянувшееся молчание.