Читаем Пилот Империи полностью

Наши корабли упорно прокладывали путь в гиперпространстве уже на протяжении четырёх дней из первой недели двухмесячного рейса. У экипажа не много радостей в такие моменты: сон, виртуальные игры (карты, шашки, шахматы, крест-завоевания), радио переговоры с товарищами. Телепередатчики жрут слишком много энергии в изменённом поле и запросто могут отвлечь в ответственный момент, поэтому мало кто их ставит и использует на малых судах. Игры быстро приедаются, если в команде нет заядлых игроков приверженцев той или иной ипостаси покера, пасьянса, дурака, шашек, шахмат и прочего, поэтому остаются разговоры с пилотами соседних с тобой кораблей. Среди негласного космического братства очень ценятся люди, знающие массу историй, анекдотов, смешных и не очень случаев из жизни и просто умеющие поддержать обычную беседу.

Я отключил громкую связь, и подсоединил наушник с микрофоном.

– Это первый. Идём заданным курсом без отклонений.

– Макс, фигли так официально?! Давно сменился?

– Только что. Артём Станиславович…

– Слушай, сколько можно? – раздражённо прервал он меня и добавил, – Договаривались же, официозом будем светить только в присутствии посторонних. Что я говорил в первый день полёта?

Пришлось сказать, так как бригадир явно ждал ответа.

– Внутри команды посторонних нет и быть не может. А только…

– Да знаю, что среди военных так не принято – сам служил. Если помнишь, даже чуть-чуть рассказывал. Но ты…

Он помолчал немного, и выпалил:

– Уже забодал!

Я не ответил. После сна мне вообще несколько сложновато включаться, поэтому предоставил бригадиру возможность спокойно объясниться.

– Устал я, понимаешь, – сказал он тяжело вздохнув, – Когда меня молодые парни, а хуже того девушки называют по имени отчеству. Сразу чувствую себя глубоким стариком. Вот тебе сколько?

– Двадцать четыре.

– Вот видишь! А мне всего пятьдесят два! Не так уж и много…

Ну, в принципе да. Не настолько он и старше. Это в каком ни будь двадцатом веке подобная разница в возрасте ещё считалась существенной, но после того, как люди перешагнули жизненный рубеж в двести пятьдесят лет старые понятия изменились на всегда. Мужчины и женщины в сто тридцать лет, как правило, стали выглядеть как в двадцать пять-тридцать лет. Тут уж всё зависело от индивидуальной физиологии. Старение постепенно возобновлялось после двух сотен. Что поделать, даже современная медицина с их многочисленными техническими примочками, не обеспечивала людям бессмертия. Иногда конечно встречались уникумы, отметившие свой трехсотый день рождения – новости о таких бодрых старичках порой облетали сотни планет, но они вели совсем уж здоровый и спортивно активный образ жизни…

– Эй, что молчишь то?

– А?.. Простите, задумался о своем.

– Академию вспоминаешь?

Естественно я им рассказал свою историю. В таком тесном коллективе из четырнадцати человек, вообще сложно, что-то утаить. В моём случае так почти совсем невозможно. Рассказал с подробностями до поступления, немного про само обучение, и практически ничего про задержание, допросы и суд. Полностью с подробностями всю историю до Птаха знали лишь Сергей и Артём. Выслушав меня, они не стали ни чего комментировать, лезть со своим сочувствием или, наоборот – с порицанием – просто приняли информацию к сведению. Скорее всего, у каждого из них сложилась своя версия, коими они и поделились в тихую друг с другом. Остальным же была выдана вполне удобоваримая версия с моим исключением с военных курсов по причине банальной неуспеваемости. По крайней мере, ни каких других слухов среди остальной части команды не ходило.

– Нет, не совсем. – Почти не соврал я.

– О чем же тогда?

– Артём Станисла, … эм! Тёма, вы как-то начали рассказывать про вашу с Сергеем службу, но так и не закончили.

– Ладно, по-первости и такое обращение сойдёт, – проворчал он в микрофон. – Но тренируйся почаще что ли…

– Так до-расскажите?

– Черт, с тобой, расскажу! Тем более мне и самому приятно лишний раз вспомнить позор нашего капитана. Погоди только, бодрящего налью…

Так у нас называлась смесь специальных тонизирующих и питательных добавок, растворённых в густом и горячем сиропе, имеющим терпкий бодрящий аромат кофеина. На кораблях его употребляли все для хорошего самочувствия и поддержания нормальной работы организма в агрессивных условиях космоса.

Спустя немного времени голос бригадира снова раздался по внешней связи.

– Так, на чём это я тогда остановился?

– Вы как раз вывели отряд из джунглей к вспомогательной базе.