Читаем Пятерка полностью

Последний вопрос был задан операторам, прильнувшим к резиновым наглазникам.

— Длинного сдвинуть направо, — сказал Гектор, и Кочевник переместился. — Ага, вот так. Вроде бы готовы.

— Пошел отсчет, — велел Гого и выключил свой вентилятор.

— Пять… четыре… три… два… один!

С вами я, — объявил Гого с нажимом, ослепительно улыбаясь прямо в камеру Бенджи, — а со мной группа из Остина «The Five»! Ребята только что начали новое турне и предлагают нам взглянуть на свой новый — с пылу с жару — ролик! Песня называется «Когда ударит гроза». Ролик мы вам запустим через минуту, но сперва — ха-ха! — пара вопросов. — Он повернулся к группе. Камера Бенджи следила за его лицом, а Гектор направил объектив на группу. Кочевник почувствовал, что находится в самом центре яркого света и черных теней. — Гляньте на постер, — говорил Гого. — Гектор, дай крупным планом. — Очевидно, операторы не только снимали, но еще и подыгрывали. — Так вот, мой вопрос: большой палец — это кто из вас?

Несколько секунд оглушительного молчания. Такого идиотского вопроса Кочевник еще ни разу не слышал. Секунды щелкали, первая минута уплывала. Он ответил:

— Кто большой — не знаю, но из меня отличный средний.

— Стоп! — скомандовал Гого операторам. Лампы камер потухли. Гого поскреб подбородок и улыбнулся без малейшей теплоты. — Внесу ясность: хозяин здесь я, это понятно? Я добавляю юмора для оживляжа, но никого не вызываю мериться пиписьками. И скажу честно: я за вас взялся ради Роджера, он приличный мужик и много мне работы подкидывает. Так что свою фанаберию сохрани для сцены, и все будут довольны. Пошел отсчет, скомандовал он Гектору.

Снова загорелась лампа камеры.

— Пять… четыре… три… два… один!

— И вот я здесь, прямо тут, где мы находимся, а со мной группа из Остина «The Five». Ребята только что начали новое турне, и их видеоролик «Когда ударит гроза» мы увидим буквально через минуту, но сперва я напомню, чтобы вы не забыли посмотреть наше спецпредложение на уик-энд и проверили, что может сделать для вас Феликс Гого, потому что наши предложения не только на уик-энд, у нас каждый день они есть! Пришел пешком — уехал на машине. И помните, друзья мои, что хорошие парни не всегда одеты в белое!

Он говорил прямо в объектив Бенджи, а сейчас посмотрел на группу и сделал преувеличенно изумленное лицо при виде внезапно материализовавшихся у стены залитых светом фигур, похожих на парящих в воздухе духов.

— Вас пятеро! — сказал он клоунским голосом. — Ой, а чего ж я ждал-то?

Он осклабился прямо в камеру, приложил указательный палец к виску, вывесил язык и закачался, как деревенский дурачок. Кочевник стиснул зубы и уставился на грязный пол.

Ариэль засмеялась, но нервным смехом. У Терри на лице застыла улыбка. Глаза у него горели, на лбу выступил пот.

— Вы долго искали себе имя? — был следующий вопрос. — Ариэль?

— Нет, — ответила она. — На самом деле нет.

Она почувствовала, как пытается отстраниться от яркого света, но за спиной была мокрая краска.

— Мы прикидывали названия «The Four» или «The Six»,[6] вдруг заговорила Берк спокойным и сдержанным голосом, — но почему-то это казалось неправильным.

— Ух ты! — сказал Гого, снова выдавая фантастическую улыбку на камеру. — Кто-то думает, что у меня работа легкая? Смотрите, какие умы сегодня у нас! Ладно, кто-нибудь, ставьте там ролик. Вы его в Ирак ездили снимать?

— Это про войну, — сумел сказать Кочевник.

— Песня называется «Когда ударит гроза», исполняет группа…

Гого поднял руку ладонью наружу, расставив пальцы, и Гектор дал пятерню крупным планом.

— И стоп, — сказал Гого. Сделал пару шагов к вентилятору, снова его включил, вынул из внутреннего кармана черный платок, промокнул лицо, даже не глянув на стоящего в нескольких футах неподалеку Джорджа.

Подняв двойной подбородок, Гого жадно ловил ртом воздух.

— Парни, вы, блин, вообще по телевизору интервью давали когда-нибудь? Простите за откровенность, тупи́те невероятно. Бенджи, воды мне.

— Мы не получили минуту полностью, — сказал Кочевник.

— Что?

— Повторяю, — сказал Кочевник. — Мы не получили минуту полностью. — Он вышел вперед, протиснувшись между Ариэль и Терри. Джордж энергично качал головой, предупреждая: не надо. Кочевник остановился, но отступать не собирался. — Вы наше время использовали на рекламу. Так нельзя.

— Боже ты мой, — буркнул Гого, принимая у Бенджи бутылку воды, вынутую из какой-то сумки. Открыл, глотнул, но никому не предложил этого облегчения в жару. — Да вся передача полностью рекламная. Ты как себя назвал? Кочевник? Когда будет у тебя на кабельном передача «Шоу Кочевника», будешь делать что хочешь. А пока мы в передаче «Шоу Феликса Гого», и тут я делаю что хочу. Кто будет косячить, или строить из себя дебила, или не оценит юмор, — он пожал плечами, — то дверь вон там. Можем прекратить прямо сейчас. — Он повернулся к Джорджу: — Прекращаем, Джордж? И я пошел автомобилями торговать, а то у меня дело стоит.

Операторы ждали, как повернется дело, и пока прожектора не переставляли. Джордж посмотрел на Гого, на Кочевника, опять на Гого, опустил голову.