Читаем Петушков из Гребешкова полностью

Пруд снова покрылся льдом, появились и зазвучали сосульки.

И… раз!..

Маша и Морозик, взявшись за руки, катятся на коньках по льду, скрываются и появляются.

Маша. Вот видишь? У тебя прекрасно получается! Эта позиция называется «рука в руке». Как ты быстро усваиваешь!

Морозик. Не забывай, что я ведь всё-таки не простой мальчик, а волшебный. Морозик всё-таки.

Скрываются и делают новый круг.

Маша (зрителям). Мы будем тренироваться, а вы пока отдохните!

ДЕЙСТВИЕ ВТОРОЕ

Перед занавесом

Звучит мелодия, сопровождающая телевизионные сообщения о погоде. «Завтра, 25 ноября, — слышим мы голос диктора, — ожидается переменная облачность, преимущественно без осадков, ветер слабый до умеренного, температура ночью 5–8, днём 11–13 градусов тепла». Входит грустный сторож. В одной руке у него метла, в другой толстая книга, которую он на ходу читает.


Сторож (читая, бормочет). Нервные болезни… Ипосиндрический хиндром… То есть ипохондрический синдром… Так… Повышенная возбудимость… Это у меня есть!.. Пониженный аппетит… А вот этого у меня нет… Чем же я болен?

Входит Людочка. Сторож, углублённый в книгу, на неё натыкается.

Извини, дочка. Я тебя не ушиб?

Людочка. Чего это вы читаете такое интересное?

Сторож. Учебник нервных болезней читаю. Хочу определить, чем я болен.

Людочка. А что с вами?

Сторож. То-то и оно — что со мной. Кабы я знал! По-научному это называется «галлюцинации», а по-простому — мерещится мне всякое.

Людочка. Мне тоже. Как вспомню — самой не верится.

Сторож. Что же тебе померещилось?

Людочка. В сентябре — снег!

Сторож. А мне в сентябре — лёд!

Людочка. Где?

Сторож. На пруду. Сентябрь, понимаешь, месяц, во всех водоёмах вода, а на пруду лёд!.. На деревьях сосульки… Минут через пять гляжу — всё растаяло… Под вечер пришёл — лёд!.. Пять минут прошло — растаял… На другой день пришёл — лёд!.. Раз — и растаял… Лёд!.. Растаял… Лёд!.. Растаял… А? Как тебе это нравится? А иной раз музыка слышится. Весёлая такая, так и подмывает в пляс пуститься. И тоже от пруда. А подойду — ничего нет. Померещилось. (Прислушивается).

Доносится отдалённая мелодия «хоппель-поппеля».

Вот и сейчас! Ты ничего не слышишь, а я слышу музыку. Болен я. Всеми нервными болезнями болен.

Людочка (прислушиваясь). Я тоже слышу.

Сторож. Да ну? Значит, мне не мерещится?

Людочка. Это «хоппель-поппель». Танец такой. Его фигуристы исполняют на льду.

Сторож. На льду?

Людочка. На льду.

Сторож. На пруду, значит? А вот откуда там бывает лёд?

Людочка. А я почём знаю? Тут что-то неладно. Надо потцхоньку подкрасться и посмотреть. И не с главной аллеи, а откуда-нибудь из-за кустов.

Сторож. А я всегда подходил с главной аллеи.

Людочка. Вот, наверно, и спугнули их.

Сторож. Кого?

Людочка. А я почём знаю? Надо с другой стороны подойти.

Сторож. Пошли?

Людочка (громко). Костя!.. Константин!.. Ты где пропадаешь?

Входит Костя.

Костя. Вот он я. Некоторые фигуры на дорожке повторял. Мы ведь с тобой тренируемся шаляй-валяй. Уйду я от тебя в юные хоккеисты!

Людочка. Опять заладил… Тут чудеса какие-то происходят. Пойдём поглядим.

Костя. Чудеса? Это я люблю!

Людочка. Только тихо.

Крадучись, все трое скрываются за кулисами.

Картина пятая

Парк. Кусты. Пруда не видно, но мы понимаем, что он за кустами. Оттуда очень громко звучит «хоппель-поппель», исполняемый сосульками. Слышен скрип коньков и время от времени голоса Маши и Морозика.



Маша. Ещё разок это упражнение!

Морозик. Получилось!

Маша. Шассе… дуга, дуга… шассе… беговой, беговой…

Морозик. Получается!

Маша. А мы ещё раз повторим!

Из-за кустов за ними подглядывают сторож, Людочка и Костя.

Людочка. Так я и знала!

Костя. Маша! И с ней мальчишка какой-то.

Сторож. А лёд у них откуда? Откуда лёд?

Людочка. Вот это непонятно.

Костя (восхищённо). А здорово у них выходит! Не то что у нас с тобой. Молодцы!

Сторож (радостно). Стало быть, я не болен? Прямо отлегло от сердца. И лёд не мерещится. И музыка не мерещится. И ребята не мерещутся. А музыка так и подмывает, так и подмывает!.. (Приплясывая, уходит).

Людочка. Ах, хитрюга!

Костя. Ты про кого это?

Людочка. Про тихоню эту, про очкастую Машку. Небось выступать собирается на Новый год.

Костя (простодушно). А чего же им не выступать? Вон как станцевались, смотреть приятно. Не то что мы.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Калигула
Калигула

Порочный, сумасбродный, непредсказуемый человек, бессмысленно жестокий тиран, кровавый деспот… Кажется, нет таких отрицательных качеств, которыми не обладал бы римский император Гай Цезарь Германик по прозвищу Калигула. Ни у античных, ни у современных историков не нашлось для него ни одного доброго слова. Даже свой, пожалуй, единственный дар — красноречие использовал Калигула в основном для того, чтобы оскорблять и унижать достойных людей. Тем не менее автор данной книги, доктор исторических наук, профессор И. О. Князький, не ставил себе целью описывать лишь непристойные забавы и кровавые расправы бездарного правителя, а постарался проследить историю того, как сын достойнейших римлян стал худшим из римских императоров.

Зигфрид Обермайер , Михаил Юрьевич Харитонов , Даниель Нони , Альбер Камю , Мария Грация Сильято

Биографии и Мемуары / Драматургия / История / Исторические приключения / Историческая литература
Нежелательный вариант
Нежелательный вариант

«…Что такое государственный раб? Во-первых, он прикреплен к месту и не может уехать оттуда, где живет. Не только из государства, но даже город сменить! – везде прописка, проверка, разрешение. Во-вторых, он может работать только на государство, и от государства получать средства на жизнь: работа на себя или на частное лицо запрещена, земля, завод, корабль – всё, всё принадлежит государству. В-третьих, за уклонение от работы его суют на каторгу и заставляют работать на государство под автоматом. В-четвертых, если он придумал, как делать что-то больше, легче и лучше, ему все равно не платят больше, а платят столько же, а все произведенное им государство объявляет своей собственностью. Клад, изобретение, сверхплановая продукция, сама судьба – все принадлежит государству! А рабу бросается на пропитание, чтоб не подох слишком быстро. А теперь вы ждете от меня благодарности за такое государство?…»

Михаил Иосифович Веллер

Драматургия / Стихи и поэзия