Читаем Петушков из Гребешкова полностью

Контролёрша(бабушке). Они с вами?

Бабушка (обернувшись). Ох, страсти какие! Знать я их не знаю. (Проходит).

Контролёрша. Вы кто такие?

Заяц. Заяц я.

Лисичка. А я лисичка. Пустите нас.

Контролёрша(язвительно). Что-то голоса мне ваши очень знакомы. (Неожиданно снимает с них маски). Задумали меня перехитрить? А ну ступайте отсюда!

Морозик и Маша отходят в сторону.

Маша. Не вышло. (Всхлипывает). Не знаю, что и придумать.

Морозик. Не плачь. Теперь мне кое-что пришло в голову. Бежим! (Увлекает за собой Машу).

Со стадиона доносится шум.

Контролёрша(прислушиваясь). Никак, кончилось первое отделение? Перерыв. А после перерыва Дед-Мороз будет зажигать ёлку, приветствие говорить. И опять пойдут соревнования. Только запаздывает Дед-Мороз чего-то.

Входит Дед-Мороз. Это коренастый, средних лет мужичок с окладистой русой бородкой, в ладном белом полушубке и меховой шапке. За спиной у него большой, туго набитый мешок, в руке посох.

Дед-Мороз. А вот и не запаздываю. Прибыл минута в минуту.

Контролёрша(удивлённо). Это вы и есть Дед-Мороз?

Дед-Мороз. Я и есть. А что? Не похож?

Контролёрша. Очень уж вы молодо выглядите.

Дед-Мороз. А я вовсе не такой старый. Ещё хоть куда!

Контролёрша. И одеты как-то… Не по-дедморозному…

Дед-Мороз. Это ребята думают, что я старый-престарый, с большой седой бородой, в длинном тулупе со звёздами. Ну что ж, не возражаю. Если им так нравится, есть у меня и седая борода, и тулуп со звёздами. Пожалуйста! (Снимает мешок, кладёт его на землю, достаёт из него тулуп, переодевается, нацепляет длинную белую бороду — превращается в традиционного Деда-Мороза). Ну как?

Контролёрша. Вот теперь вы — самый настоящий Дед-Мороз. Милости просим! Добро пожаловать!

Дед-Мороз. У вас там что, перерыв? Отлично. Можно передохнуть маленько.

Входят двое иностранцев. На нём цилиндр и чёрная полумаска. На ней лохматая меховая шапка, почти закрывающая лицо.

Иностранец (голосом Морозика, шёпотом). Дедушка!

Иностранка(голосом Маши, шёпотом). Ничего не поделаешь. Пошли…

Иностранцы подходят к контролёрше.

Иностранец(вежливо приподнимая цилиндр). Каракула маракула карбуракула!

Контролёрша. Чего, чего?

Иностранка (приседая). Мационе рационе стадионе!

Контролёрша(растерянно). Заграничные гости. А я по-заграничному ничегошеньки не знаю.

Дед-Мороз. Не пойму, на каком они говорят языке.

Иностранец(Деду-Морозу, строго). Хотякула молчакула! (Контролёрше, требовательно). Пропустикула проходикула!

Иностранка. Стадионе танционе!

Контролёрша. Вроде маленько начинаю понимать по-заграничному. Пройти хотят. Что же делать-то? Надо пропустить. Гости. (Иностранцам). Проходите, пожалуйста. Проходикула!

Иностранец(приподнимая цилиндр). Мерсикула! (Иностранке). Пошликула побыстрейкула!

Иностранка. Грация пропускация!

Проходят. Контролёрша в последний момент их останавливает.

Контролёрша. Стойте, стойте! Где-то я уже видела эти чемоданчики. Так это опять вы, голубчики?

Иностранец. Это не мыкула!

Контролёрша. Нет, это выкула!.. Тьфу… С вами тут свихнёшься. (Деду-Морозу). Всё норовят меня обмануть.

Дед-Мороз. А почему их не пускают?

Контролёрша. Пускают их, пускают. Да только на трибуну, где зрители сидят.

Дед-Мороз. А они?

Контролёрша. А они хотят выступать.

Дед-Мороз. Вот оно что…

Со стадиона слышен звонок.

Контролёрша. Начинается второе отделение. Вам пора!

Пока идёт этот разговор между контролёршей и Дедом-Морозом, Маша и Морозик залезают к нему в мешок.

Дед-Мороз(взваливая мешок на плечи). Сильно я за дорогу притомился. Мешок какой-то тяжёлый стал.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Калигула
Калигула

Порочный, сумасбродный, непредсказуемый человек, бессмысленно жестокий тиран, кровавый деспот… Кажется, нет таких отрицательных качеств, которыми не обладал бы римский император Гай Цезарь Германик по прозвищу Калигула. Ни у античных, ни у современных историков не нашлось для него ни одного доброго слова. Даже свой, пожалуй, единственный дар — красноречие использовал Калигула в основном для того, чтобы оскорблять и унижать достойных людей. Тем не менее автор данной книги, доктор исторических наук, профессор И. О. Князький, не ставил себе целью описывать лишь непристойные забавы и кровавые расправы бездарного правителя, а постарался проследить историю того, как сын достойнейших римлян стал худшим из римских императоров.

Зигфрид Обермайер , Михаил Юрьевич Харитонов , Даниель Нони , Альбер Камю , Мария Грация Сильято

Биографии и Мемуары / Драматургия / История / Исторические приключения / Историческая литература
Нежелательный вариант
Нежелательный вариант

«…Что такое государственный раб? Во-первых, он прикреплен к месту и не может уехать оттуда, где живет. Не только из государства, но даже город сменить! – везде прописка, проверка, разрешение. Во-вторых, он может работать только на государство, и от государства получать средства на жизнь: работа на себя или на частное лицо запрещена, земля, завод, корабль – всё, всё принадлежит государству. В-третьих, за уклонение от работы его суют на каторгу и заставляют работать на государство под автоматом. В-четвертых, если он придумал, как делать что-то больше, легче и лучше, ему все равно не платят больше, а платят столько же, а все произведенное им государство объявляет своей собственностью. Клад, изобретение, сверхплановая продукция, сама судьба – все принадлежит государству! А рабу бросается на пропитание, чтоб не подох слишком быстро. А теперь вы ждете от меня благодарности за такое государство?…»

Михаил Иосифович Веллер

Драматургия / Стихи и поэзия