Читаем Петля полностью

По закону каждый рубль должен быть обеспечен золотом и другими драгоценными металлами, хранящимися в подвалах Гохрана — государственной организации по охране ценностей. Но Марченко известно было то, что докладывали лишь высокопоставленным деятелям правительства: все эти гарантии обеспечения являлись безусловной и беспардонной липой. В последние месяцы золотые резервы сократились до двухсот сорока тонн, в то время как по международным подсчетам, сделанным на основе научного анализа и не без влияния дезинформации ведомства, где служил Марченко, они составляли почти в девятнадцать раз больше.

Катастрофа, понимал Марченко. И это понимание, желание доказать начальству, что ГБ не зря ест хлеб, определили поездку Полякова в Узбекистан. Генерал надеялся: эта операция укрепит его репутацию и привнесет некоторый оптимизм в надежду на успехи в борьбе против новой вспышки гангстеризма. Кажется, Полякову немало удалось. Молодец.

Но такие настроения не долго владели Марченко. Зазвонил один из двенадцати прямых телефонов — заместителя Председателя КГБ Зорина.

— Виктор Петрович, хочу вас видеть через три минуты.

Несколькими секундами раньше этого срока Марченко входил в кабинет на шестом этаже.

— Мне нужны факты и объяснения, — почти рявкнул Зорин. Он был явно взволнован, даже взбешен. Сунул в руки Марченко раскодированную шифровку. Он стоял в негодующей позе через стол от Марченко, одетый в обычный двубортный костюм, прямо держа голову с аккуратно зачесанными назад волосами.

— Товарищ генерал, объясните, пожалуйста, в чем причина неконституционного, даже предательского поведения полковника Полякова в Советской Социалистической Республике Узбекистан.

Зорин называл Узбекистан и советским, и социалистическим, будто жил еще во времена Брежнева или Горбачева и вся империя оставалась целехонькой.

К Зорину Марченко относился с презрением и даже высокомерием человека, сделавшего карьеру не благодаря, но вопреки обстоятельствам. Украинец, он пробил себе дорогу на вершины КГБ, в основном заполненные русскими. И он был сталинистом, не скрывая того. Зорин же был чист, ничто не мешало его продвижению. И еще Марченко Зорину не доверял, испытывал к нему подозрение: с какой бы стати, зная и биографию, и настрой Виктора Петровича, заместитель председателя активно поддерживал Марченко во время чистки кадров высшего эшелона КГБ после августовского путча и при формировании российского органа безопасности в начале 1992 года? Почему? Какая Зорину была выгода?

Марченко спокойно прочитал донесение, подписанное генералом Таировым, главой ташкентского КГБ. В шифровке Поляков обвинялся в нападении на хивинскую дачу Раджабова и предполагаемом хищении личной собственности «выдающегося деятеля узбекского общества».

— Как вы объясните все это, товарищ генерал? — выпалил Зорин.

Марченко знал, что зампред отличался упрямством, непреклонностью и не терпел возражений. Было также известно, что много лет Зорин имел тесные связи с узбекским руководством, их КГБ и таким образом с тамошней республиканской мафией… Виктор Петрович снова взглянул на донесение. Уверенный тон, сухой язык Таирова давали основание предполагать, что прежние связи Зорина оставались весьма прочными. Марченко следовало стоять на своем.

— Я обязан доложить, что полковник Поляков только что возвратился из Узбекистана после выполнения весьма опасной миссии. Олег Иванович преуспел в возвращении трех четвертей тонны золота высшей пробы, которое когда-то являлось советской собственностью и попало затем в руки бандитской узбекской группировки.

Всеми силами Марченко старался ничем не показать своего возмущения.

— Действия мои и Полякова находятся, конечно, в полном соответствии с линией на борьбу с организованной преступностью, провозглашенной нашим президентом, российским парламентом и его председателем, — продолжал Марченко. — Принятые меры вытекают и из решений нашей коллегии, членом которой вы являетесь.

Говорил Марченко сугубо официальным языком, чтобы подчеркнуть абсолютную законность поступков Полякова. Он хотел также подчеркнуть, что Зорин прямо-таки обязан рассматривать эти мероприятия как выполненные от имени КГБ, а не просто по личному распоряжению его, Марченко.

— Полковник имел точные инструкции, нацеленные на подрыв влияния криминальных структур в Узбекистане, вернуть золото его истинному хозяину — Центральному банку в Москве. Поручение Поляков выполнил с полной ответственностью и большим риском для себя. Сейчас он находится в кунцевской клинике, оправляется после ранений, нанесенных членами узбекской гангстерской организации. Это была месть за его участие в успешной операции по возвращению золота, украденного Раджабовым.

Зорин скривился при упоминании узбека. Но Марченко продолжал перечислять заслуги своего подчиненного.

— Я предлагаю выдвинуть Полякова Олега Ивановича для награждения в обычном служебном порядке, — с гордостью добавил он.