Читаем Пестрые истории полностью

Впрочем, поначалу дела его шли блестяще. Славе его как личности таинственной и мистической способствовали случаи успешного исцеления. Нескольких аристократов высокого ранга он счастливо поставил на ноги, бедняков лечил бесплатно, даже снабжал их потом деньгами. Париж охватила настоящая лихорадка калиостромании. На цепочках носили медальоны с изображением портрета Калиостро, перстни; дамы обмахивались веерами, расписанными миниатюрными портретами великой супружеской пары; жилище украшали статуэтками Калиостро в бронзе или мраморе. Его портрет в мраморе создал Гудон, один из величайших скульпторов Франции, автор известного бюста Вольтера. На пьедестале продававшихся в лавках статуэток красовался следующий стишок:

Что означает: зритель, узнай черты друга человечества, кто ежедневно занят благими деяниями, продлевает жизнь, помогает разуму, утешением ему — радость, что можешь быть полезен.

Друг человечества мог утешаться и другими вещами, у него были деньги, чтобы арендовать сразу два особняка — один на Рю Сен-Клу, другой на Рю Верт. В первом жил он сам, а во втором было святилище для египетских ритуалов.

Беда пришла, когда его имя оказалось замешено в скандале с бриллиантовым ожерельем.

Между прочим, как раз тут он был абсолютно ни при чем, ведь у него была масса других способов, чтобы опустошать мошну герцога Рогана, и никакой нужды прибегать к помощи мадам де Ла Мотт[17].

И все же ему было нанесено неслыханное оскорбление — еще во время судебного процесса королевским указом его посадили в Бастилию.

Великая тревога поднялась в массе его приверженцев. Засадить в тюрьму самого Магистра, благодетеля человечества, и даже до приговора суда! Его почитатели объединились в его защиту и обратились прямо в парламент. Среди подписантов обращения красовались также имена аристократов и политиков. Помимо всего прочего они рисовали следующий портрет своего подзащитного:

Сие душеспасительное чтиво напечатали и украсили портретом Калиостро.

Наконец настал день объявления приговора. Как известно, главную обвиняемую, мадам Ла Мотт, приговорили к пожизненному заключению с предварительным бичеванием и клеймлением плеча. Калиостро был освобожден.

С неслыханной силой последовал взрыв радости и воодушевления. Устраивались празднества в честь невинного, некоторые дома украсила иллюминация, более того, в некоторых церквях звонили в колокола. На всем пути от Бастилии до Рю Сен-Клу толпился народ, а освободившийся из тюрьмы-крепости узник направился домой в сопровождении своих приверженцев. «Да здравствует Калиостро! Да здравствует благодетель человечества!» — восклицала толпа. У ворот особняка собралась толпа в несколько сот человек, все хотели услышать приветствуемого, выкрикивали, что готовы с оружием в руках защитить его от насилия власти. Народный герой вынужден был выйти на балкон и успокоить вошедших в раж поклонников обещанием, что в самое ближайшее время он обратится к ним с более продолжительной речью, а теперь надо разойтись с миром.

Однако для обещанной речи случая не представилось. Он получил приказ в течение 24 часов покинуть Париж. Таким образом, Калиостро был вынужден перебраться в Пасси с твердым решением покинуть неблагодарную Францию и переплыть в Англию. Верные ему поклонники наводнили Пасси, следуя за ним, и, сменяя друг друга, несли почетный караул у его ворот.

Потом настал грустный час прощания. Отправляющаяся в ссылку супружеская чета села на корабль в Булони. В порту парижская демонстрация повторилась только в еще больших масштабах: из города и его окрестностей, чтобы проститься, стеклось около пяти тысяч человек, и они, стоя на коленях, просили благословения у святого мужа[18].

Во время судебного процесса в Риме среди изъятых у него бумаг были три письма, написанных его почитателями после его отъезда. В них столько безумного обожания, что, право же, стоит привести из них несколько строк.