Читаем Пестрые истории полностью

Стоя у окна, они беседовали о многих вещах, поверяя друг другу свои печали, и сэр Ланселот сказал, что хотел бы проникнуть к ней за решетку.

— Знайте, — отвечала королева, — что я не менее вашего желала бы, чтобы вы могли проникнуть ко мне.

— Вы всем сердцем желаете, госпожа моя, — спросил сэр Ланселот, — чтобы я был сейчас с вами?

— Да, воистину, — отвечала королева.

— Тогда, ради вашей любви, я покажу свою силу, — сказал сэр Ланселот.

И он наложил руки на железные прутья решетки и дернул с такой мощью, что вырвал их из каменной стены. При этом один из прутьев врезался в мякоть его ладони по самую кость. И прыгнул сэр Ланселот через окно в спальню королевы…

И вот, говоря коротко, — продолжает Мэлори, — сэр Ланселот возлег с королевой на ее ложе, забыв и думать о своей поврежденной руке, и предавался радостям и наслаждениям любви, покуда не занялся новый день, ибо знайте, он всю ночь не спал, но бодрствовал. Когда же он увидел, что настало его время и что более медлить там ему невозможно, он простился с королевой и вылез через окно, приставив, как мог, обратно решетку, и возвратился к себе. А там он рассказал сэру Лавейну, как поранил себе руку. И сэр Лавейн перевязал ему рану, остановил кровь и надел ему сверху перчатку, чтобы никто ничего не заметил»{Перевод И. М. Бернштейна. Текст цитируется по изданию: Т. Мэлори. Смерть Артура. Л., 1974. С. 693 и далее.}.

Подвергнув таким образом испытанию клятву на верность королю Артуру, наши рыцари все утро пролежали в постелях до девяти часов.

Поутру сэр Мелегант подошел к спальне королевы и там застал ее дам, давно уже одетых и ожидающих свою королеву, из чего следует, что и она спала благостным сном.

— Ах, помилуй Иисусе! — сказал сэр Мелегант. — Что это с вами, госпожа, что вы так долго спите?

И с тем он раздвинул полог. И увидел ее лежащей на ложе, и вся ее постель — и подушки, и простыни, и одеяла, — все было запятнано кровью сэра Ланселота, вытекшей из его разрезанной ладони. Но сэр Мелегант, видя эти пятна крови, решил, что королева изменила королю Артуру и что она возлежала эту ночь на своем ложе с одним из своих раненых рыцарей.

— А, госпожа! — воскликнул сэр Мелегант. — Теперь я вижу, что вы — коварная изменница государю нашему королю Артуру, ибо у меня есть доказательства, что неспроста вы пожелали уложить всех рыцарей в своих покоях. Я застал вас, госпожа, с вашим позором: этой ночью с вами возлежал раненый рыцарь!

Гвиневера возмущенно запротестовала, она призвала десятерых раненых рыцарей, они тоже возмутились и выразили готовность вступиться за честь королевы в честном поединке. Но, увидев окровавленную постель, пригорюнились.

Тут подошел сэр Ланселот.

— Что за шум, что тут случилось? — спросил он с невинной миной.

Сэр Мелегант показал на знаки греха, но сэр Ланселот стал нападать на него:

— Воистину, вы поступили не по-рыцарски, что коснулись ложа королевы в то время, как полог был задернут и она сама еще там лежала. Ручаюсь вам, что и сам король Артур не стал бы раскрывать королевина полога, пока она находится на ложе, если только он не пожелает возлечь с королевой. И потому, сэр Мелегант, вы поступили не по чести и на позор себе.

Но, поскольку сэр Мелегант не отказался от своих слов, сэр Ланселот взял дело в свои руки.