Читаем Пестрые истории полностью

Альтдорф — городок в Швейцарии, известный тем, что наместник герцогов Габсбургов на рыночной площади велел установить шест со шляпой герцога на верхушке, которой всем и каждому надо было низко кланяться.

Ныне статуя на рыночной площади увековечивает в бронзе память о Вильгельме Телле, который не стал кланяться и которого наместник Гесслер вынудил стрелой из лука сбить яблоко с головы собственного сынишки. Как говорит предание, памятник установлен на том самом месте, где стоял тогда стрелок-снайпер Телль.

Стоят чередой и другие памятники истории Телля: на берегу люцернского озера стоит Teilsplatte, плоская скала — сюда забрался Телль с корабля Гесс лера и отсюда его столкнули в бушующие волны. За нею построенная в его честь Teilskapelle, далее следует, по дороге в Кюшнахт, Hohle Gasse — ущелье, где Телль послал стрелу отмщения в самое сердце Гесслера.

Герой борьбы за свободу Швейцарии был воспет Фридрихом Шиллером. Драма Шиллера позолотила мировой славой исторического Телля.

В знак благодарности на стене отвесной скалы Мишенштейн, вздымающейся из озера Ури, три первоначальных кантона (Ури, Швиц, Унтервальден) гигантскими буквами высекли надпись: «Фридриху Шиллеру, воспевшему Телля, первоначальные кантоны, 1859».

Долг благодарности отдала и вся страна. В Соединенных Штатах Америки для увековечения памяти Джорджа Вашингтона был возведен гигантский обелиск в городе Вашингтоне. (Высота 159 м, на его вершину ведет лестница из 900 ступеней, монумент обошелся в 1 300 000 долларов и т. д.) В белоснежную мраморную колонну вмуровали мемориальные доски, присланные отдельными государствами и организациями в знак уважения к великому человеку. Швейцария тоже предложила свою памятную доску, в нее был вделан кусок камня с такой надписью:

«Это камень из часовни, воздвигнутой в честь Вильгельма Телля в 1338 году, рядом с люцернским озером, на том самом месте, где он бежал от Гесслера».

Так разошлась, разветвилась история Вильгельма Телля по всему свету, словно густая крона огромного дерева, под сенью которого множество писателей, поэтов, музыкантов писали, сочиняли музыку, воспевая и прославляя героя борьбы за свободу и независимость Швейцарии.

Однако что же произошло дальше?

В августе 1890 года отдел народного образования кантона Швиц приказал убрать из учебников историю Вильгельма Телля как легенду, не имеющую под собой исторической основы.

Ствол огромного дерева источил жучок критики.

Знатокам швейцарской истории бросилось в глаза, что о Вильгельме Телле современные ему хроники не упоминают ни единым словом.

Хотя они абсолютно точно описывают события предрассветного часа 7 ноября 1307 года, когда 33 швейцарца собрались на одной горной вершине, чтобы заключить союз против ненавистного господства Габсбургов. Известны имена троих предводителей: Вальтер Фюрст, Вернер Штауффахер, Арнольд Мельхталь — имя Вильгельма Телля даже не упоминается. Последовала битва при Моргартене (1315), в которой «презренные» горцы наголову разбили войско блестящих рыцарей, но о Телле ни слуху, ни духу.

Если это легенда, то, спрашивается, что лежит в ее основе? И вот, меткий лучник, стрелой сбивающий яблоко с головы сына, обнаружился в кольце древних датских сказаний, более того, нашелся предок и этого древнего предка в еще более древних скандинавских сказаниях.

Должно быть, он и не достиг бы такой популярности, не сделай его Шиллер героем своей лучшей исторической драмы.

Источником Шиллеру послужил труд Эгидия Чуди «Швейцарская хроника»{Чуди Эгидий (1505–1572) — швейцарский историк-хронист, называемый «отцом швейцарской истории». Основное историческое сочинение-«Швейцарская хроника», охватывающая период 1000–1400 гг., в которой Чуди поместил многочисленные, в том числе впервые собранные им, источники. В XIX и. многие сведения, содержащиеся в «Хронике», исторической критикой были признаны легендарными. — Прим. ред.}.

Устная традиция обретает здесь литературную форму и словно просится под перо драматурга. Шиллер порой настолько точно следовал своему источнику, что брал из него целые фразы. Для сравнения приведем оригинальный текст источника:

Перейти на страницу:

Похожие книги

100 великих интриг
100 великих интриг

Нередко политические интриги становятся главными двигателями истории. Заговоры, покушения, провокации, аресты, казни, бунты и военные перевороты – все эти события могут составлять только часть одной, хитро спланированной, интриги, начинавшейся с короткой записки, вовремя произнесенной фразы или многозначительного молчания во время важной беседы царствующих особ и закончившейся грандиозным сломом целой эпохи.Суд над Сократом, заговор Катилины, Цезарь и Клеопатра, интриги Мессалины, мрачная слава Старца Горы, заговор Пацци, Варфоломеевская ночь, убийство Валленштейна, таинственная смерть Людвига Баварского, загадки Нюрнбергского процесса… Об этом и многом другом рассказывает очередная книга серии.

Виктор Николаевич Еремин

Биографии и Мемуары / История / Энциклопедии / Образование и наука / Словари и Энциклопедии
1917: русская голгофа. Агония империи и истоки революции
1917: русская голгофа. Агония империи и истоки революции

В представленной книге крушение Российской империи и ее последнего царя впервые показано не с точки зрения политиков, писателей, революционеров, дипломатов, генералов и других образованных людей, которых в стране было меньшинство, а через призму народного, обывательского восприятия. На основе многочисленных архивных документов, журналистских материалов, хроник судебных процессов, воспоминаний, писем, газетной хроники и других источников в работе приведен анализ революции как явления, выросшего из самого мировосприятия российского общества и выражавшего его истинные побудительные мотивы.Кроме того, авторы книги дают свой ответ на несколько важнейших вопросов. В частности, когда поезд российской истории перешел на революционные рельсы? Правда ли, что в период между войнами Россия богатела и процветала? Почему единение царя с народом в августе 1914 года так быстро сменилось лютой ненавистью народа к монархии? Какую роль в революции сыграла водка? Могла ли страна в 1917 году продолжать войну? Какова была истинная роль большевиков и почему к власти в итоге пришли не депутаты, фактически свергнувшие царя, не военные, не олигархи, а именно революционеры (что в действительности случается очень редко)? Существовала ли реальная альтернатива революции в сознании общества? И когда, собственно, в России началась Гражданская война?

Дмитрий Владимирович Зубов , Дмитрий Михайлович Дегтев , Дмитрий Михайлович Дёгтев

Документальная литература / История / Образование и наука
1941. Пропущенный удар
1941. Пропущенный удар

Хотя о катастрофе 1941 года написаны целые библиотеки, тайна величайшей трагедии XX века не разгадана до сих пор. Почему Красная Армия так и не была приведена в боевую готовность, хотя все разведданные буквально кричали, что нападения следует ждать со дня надень? Почему руководство СССР игнорировало все предупреждения о надвигающейся войне? По чьей вине управление войсками было потеряно в первые же часы боевых действий, а Западный фронт разгромлен за считаные дни? Некоторые вопиющие факты просто не укладываются в голове. Так, вечером 21 июня, когда руководство Западного Особого военного округа находилось на концерте в Минске, к командующему подошел начальник разведотдела и доложил, что на границе очень неспокойно. «Этого не может быть, чепуха какая-то, разведка сообщает, что немецкие войска приведены в полную боевую готовность и даже начали обстрел отдельных участков нашей границы», — сказал своим соседям ген. Павлов и, приложив палец к губам, показал на сцену; никто и не подумал покинуть спектакль! Мало того, накануне войны поступил прямой запрет на рассредоточение авиации округа, а 21 июня — приказ на просушку топливных баков; войскам было запрещено открывать огонь даже по большим группам немецких самолетов, пересекающим границу; с пограничных застав изымалось (якобы «для осмотра») автоматическое оружие, а боекомплекты дотов, танков, самолетов приказано было сдать на склад! Что это — преступная некомпетентность, нераспорядительность, откровенный идиотизм? Или нечто большее?.. НОВАЯ КНИГА ведущего военного историка не только дает ответ на самые горькие вопросы, но и подробно, день за днем, восстанавливает ход первых сражений Великой Отечественной.

Руслан Сергеевич Иринархов

История / Образование и наука