Читаем Пестрые истории полностью

Пестрые истории

Переводчик арабского посольства в Лондоне обратился за разъяснением к послу в Триполи. Полученный ответ, весьма подробный, был опубликован в английских газетах, из них его перепечатала немецкая «Hamburgischer Correspondent» (№ 204, 1728), а уже отсюда он перекочевал в немецкие научные журналы.

Письмо так проясняло ходившие слухи:

«Слава единому истинному Богу! По просьбе одного из моих друзей сообщаю все то, что мне удалось узнать о городе, обращенном в камень, от различных людей, главным образом, от одного человека, чьему слову можно верить. Искомый город находится в 17 диях пути от Триполи к юго-востоку. Он (т. е. человек, слову которого можно верить. — Авт.) собственными глазами видел, что все его жители обращены в камень. Он увидел их в той самой позе, в которой они в тот роковой момент занимались своими делами: у одного в руках было белье, у другого хлеб, и все это застыло в камне. Которая женщина обратилась в камень, кормя грудью, другие именно в тот час, когда находились в объятиях мужчин. Видел лежащего в кровати мужчину, тоже окаменевшего; стражи у ворот, как стояли, так и окаменели. Под конец он сказал, что в этом удивительном городе обратились в камень не только оливковые деревья и пальмы, но и все животные тоже: верблюды, коровы, лошади, ослы, овцы и птицы».

Так в письме. Человек, «слову которого можно верить», привез бы с собой ради достоверности хотя бы блоху, застывшую в прыжке, если уж ему пришлось оставить в покое любовников, в самый интересный момент застывших в камне.

Впрочем, в доказательствах никто и не нуждался, просто поверили репортажу с места событий, подкрепленному авторитетом посла в Триполи.

Случилось даже, что Август II Сильный, курфюрст Саксонский и король Польский, хотел запечатлеть этот необыкновенный город в картинах для музея естественной истории в Дрездене и послал научную экспедицию из четырех ученых и одного живописца на место события с заданием: изучить сие произведение каприза природы и запечатлеть его на картинах.

Вот уж точно, место события! Да где оно? Экспедиция добралась до Триполи, там, однако же, никого, чьему слову можно было бы доверять или же не доверять, не нашли, кто бы побывал в окаменевшем городе либо в его окрестностях. Отправиться в 17-дневный поход с караваном не посмели; опасаясь быть самим похороненными в песках, боясь нападения разбойников, грабящих караваны, ну и прочих опасностей пустыни, — эти страхи, впрочем, были совершенно напрасны, потому что у них просто не было денег, чтобы снарядить караван.

Пришлось им возвращаться домой с пустыми карманами и с пустыми руками; вернувшись, доложили: в сообщениях об окаменевшем городе нет ни единого слова правды. Просто арабские купцы морочили головы слоняющимся по Триполи чужеземцам одной из сказок Шехерезады из «Тысячи и одной ночи».

Таков конец легенды о мертвом городе в Африке.

А ведь у нее было и начало, об этом я еще не рассказал.

Не может быть, чтобы курфюрст Август Сильный вверг себя в расходы только на основании письма посла из Триполи. Легенда о мертвом городе уже за несколько веков до этого свила себе гнездо в немецкой научной литературе. Самым первым Авентин[199] включил ее в «Баварские хроники» (1554) из них легенду заимствовала целая гвардия бородатых шехерезад. Атанас Кирхер не хотел подписываться под кочующими слухами своим именем, а поскольку один из его предшественников назвал в качестве источника Мальтийский рыцарский орден, то он расспросил непосредственно вице-канцлера ордена.

Это было самое подходящее место, куда он мог обратиться. Вице-канцлер не только высказал свое мнение о людях, «слову которых можно верить», но даже назвал человека, от которого услышал свою информацию.

Перейти на страницу: