Читаем Пестрые истории полностью

А в это время на Корсике продолжались революционные схватки. Генуя обратилась за помощью к Франции. Это стало роковым для Теодора. К острову-то он пристал, сторонники встретили с восторгом вновь прибывшего Освободителя, но на море его постигла неудача. Французы захватили один из его кораблей вместе с оружием. Капитан флагмана со своей банкирской логикой пытался спасти то, что было возможно: он покинул Корсику и вместе с Теодором отплыл в Неаполь. Там высадил короля, а сапоги увез назад в Голландию.

Закончился второй акт драмы.

С трудом верится, что после такого потешного конца второго акта может быть еще и третий акт игры в королька.

А он-таки был.

Теодор из Неаполя перебрался в Лондон, куда, естественно, опять прибыл без гроша в кармане. Какое-то время пожил в долг и, когда волны вот-вот уже смыкались над его головой, ему удалось ухватиться за протянутую в последний момент руку помощи. А рука эта принадлежала самому английскому правительству. В этом необыкновенном человеке таились необыкновенные возможности. Никогда у него не было ничего, кроме долгов, и с этим грузом на шее, сам по себе, безо всяких влиятельных покровителей, он оказался способен оседлать сначала тунисского бея, потом голландское правительство, наконец, государственных мужей Британской империи.

Король Теодор в третий раз прибыл в свое королевство, на этот раз в сопровождении двух английских кораблей. Выпади ему счастье собрать разрозненные корсиканские части борцов за свободу в организованную армию, власти Генуи навсегда пришел бы конец, потому что на море ей угрожали военные корабли Англии. Да вот только горы на Корсике не отозвались на призыв короля Теодора. Предыдущие разочарования отрезвили народ, и знамя великого Освободителя бессильно повисло, никто не встал под него. Английский адмирал, видя такой провал, поднял якоря, а Теодора опять высадили на континенте.

Игра закончилась, все оставили его. Одна только гвардия осталась, на которую он всегда мог рассчитывать: гвардия кредиторов.

По возвращении в Лондон они оказали ему радушный прием и тут же засадили в долговую тюрьму. Вот уже в третий раз попал он в это грустное место и тут уж совсем пропал бы, не найдись — на этот раз впервые в жизни — доброжелательный, бескорыстный покровитель. Как я уже упоминал, Хорас Уолпол был тем, кто старался вытащить из трясины телегу жизни Теодора. То ли из сострадания, то ли смеха ради принял он на себя устройство странных дел этого странного человека.

Он через газеты призвал добросердечную публику к сбору средств. Объявление вышло под таким заголовком: «Date obolum Belisario». Подайте грош Велизарию! Известна одна историческая сплетня: когда Велизария, византийского полководца-победителя, неблагодарный император лишил чина и имущества, а потом и ослепил, бедняга именно этими словами просил милостыню. Хитроумный заголовок привлек внимание читателей к объявлению. Сам текст объявления тоже был ловко составлен. Уолпол хорошо знал ход мысли богатых английских буржуа и знал, какими присказками можно выманить из их сундуков золотые. В тексте говорилось:

Объявление принесло результаты. Король Теодор вышел из тюрьмы «Kings Bench», где, впрочем, принимал посетителей, сидя на тронном кресле под балдахином и в своей знаменитой пурпурной мантии. Но превратности судьбы подточили его силы, вскоре он освободился также и из тюрьмы земного бытия.