Читаем Песок под солнцем полностью

— Так выглядит "внешнее взаимодействие" на общем языке, о котором поминалось раньше. Но теперь вам понятно, почему их пара устойчива? Я ответил на вопрос?

— Пожалуй. Хотя ответ совсем не похож на то, что я ожидала услышать. Я привыкла связывать постиндустриал с технологиями. Знаете, всякие там роботизированные производственные мини-комплексы, которые можно в угол комнаты поставить, и тому подобные вещи. Да и на кухню для Березки установила все, что только можно, из современного. Или хотя бы ваш "медный лес". А тут получается, сплошная психология и технологии как бы ни при чем.

— Они тоже играют в новом обществе, только с другого боку. Продукт, сделанный на мини-комплексе, всегда окажется дороже продукта массового производства. Минимум в разы, а то и на порядок. Только иногда это неважно. Вот вернемся снова к нашей гостинице: Михаил купил и поставил здесь кабинки сухого душа с другой планеты. Если бы он не торопился, их можно было бы изготовить здесь. И разумеется, с использованием какого-нибудь мини-комплекса. Потому как нужно было только две штуки. И не имеет значения, что стоили они бы на порядок дороже обычного человеческого душевого комплекта.

— Иными словами, у сообществ, создающих "свои миры", будут возникать и какие-то совершенно уникальные потребности?

— … и извне их даже предугадать будет невозможно, — подхватил Багир. — И тогда появится место и для "постиндустриальной малой автоматизации", которая уже полтора века существует на Основе, но за пределы "игрушек" не выходит. Ибо — не нужна, потому что пока незачем.

— Да, я получила ответ. Другой порядок причины и следствия. Благодарю вас за эту беседу.

Лавиния встает, и Багир отодвигает ее кресло. Я сочла доносящиеся звуки достаточным поводом, чтобы снова явить свое личико.

— Вы уже собрались? А как же рыбный пирог?

— Благодарю, девочка. Но это вам, молодым, надо хорошо питаться. А тебе так и вовсе за двоих. Я же выпила чашечку твоего замечательного чаю, и довольно. И еще хотела сказать, что рада вашему с Михаилом участию в проекте по островам.

На этом пожилая дама сочла уместным нас покинуть, только от входа величественно кивнула Багиру, а он в ответ на секунду прикрыл глаза. Похоже, установившееся между ними взаимопонимание уже не требовало много слов.

Стоило Лавинии скрыться за дверью, как я решительно направилась прямиком к кошу и уселась в кресло напротив. Внутри все так и кипит:

— А теперь объясни, хвостатенький ты мой, почему мне ничего не известно про этот самый "отдельный мир"? Я-то думала, однокурсницы с каждым месяцем стремительно глупеют. А оказывается, это я… меняюсь! — чуть не ляпнула "тупею", но решила, что будет слишком уж самокритично.

Багир встречает мои выпады спокойно, и, кажется, даже слегка сочувственно. Последнее особенно взбесило.

— И с родителями. Раньше мы были близкими людьми, а теперь? Теперь я вообще-то человек?

Чувствую теплое прикосновение к плечу. Мих? Когда он успел подойти? Закрываю глаза, прижимаюсь к Миху. Хочется разреветься. А Багир так и сидит неподвижно, рассматривая меня. Гад!

— Бри, думаю, раньше мы бы не поняли. — Мих запускает пальцы мне в волосы, осторожно поглаживая затылок. — Я вот и сейчас понимаю кое-что чисто теоретически. Может, потому, что друзей у меня не было, да и отношения с матерью не то чтобы очень. Багир, я прав? Что молчишь?

— Прав. Жду, пока Бри успокоится. Мне кажется, это у нее природное.

"Природное"? Физиологическое то есть? Погружаюсь в ощущения… Может быть… Не знаю. Запах Миха успокаивает, слегка удивляюсь: чего это я тут успела натворить? А Рафа говорила про конфликты и двоих… Тянусь к ней:

— Рафа, как хорошо, что ребят двое. Ты тогда говорила, "если Мих с тобою поссорится". Я и не думала, что сама на такое способна.

— Все симметрично. Бага успокоишь?

— Что?

Еще раз глубоко вдыхаю, втягивая в себя запах Миха. Легко отстраняюсь, встаю и пересаживаюсь на колени Багира. "Поняла, прости". Багир успокаивается, сплетает пальцы с моими. Мих устраивается в кресле, в котором до этого сидела я:

— Но знаешь, Бри. Ситуация с твоим отцом все же не укладывается в схему. Мы меняемся, и можем начать видеть все в ином свете, но Роман-то не должен был сильно меняться. А тут он повел себя так, будто ты ему чужая.

— Я тут предположила кое-что...

В мысленном голосе Рафы явно проскальзывают сомнения. И еще какая-то смесь печали и настороженности.

— Э-э, настолько скверные новости?

— Ну, прежде всего не новости, а только догадки. Угу, нерадостные.

— Говори уж.