Читаем Песнь ворона полностью

— Не уверен, в курсе ли ты, но группа ворон называется стаей (прим. Murder – в переводе «стая ворон», а так же «убийство»), точно так же, как группа рыб — косяком (прим. School – в переводе «косяк рыб», а так же «учебное заведение, школа»), — сказал он, вытаскивая меня из глубины моих мыслей. Дрю продолжал объяснять, вытирая пыль с мебели в основной части комнаты. — Их называют так в течение сотен лет, хотя никто по-настоящему не знает, почему. Некоторые считают, что они получили свое название из-за их крика, который, как я уже сказал, очень напоминает чей-то крик от боли или страха.

— Здесь говорится, что они общаются на больших расстояниях.

Парень взглянул на меня, вероятно, задаваясь вопросом, имела ли я это в виду как вопрос или просто рассказывала ему, что написано на его собственной информационной карточке. Честно говоря, я не была уверена, что имела в виду. Все, что знала, это то, что я была в замешательстве.

— Да, сама подумай... Их крики настолько ужасны и громки, что разносятся довольно далеко. Что здорово, если ты являешься частью их племени, но не так здорово, если находишься снаружи, пытаясь насладиться спокойствием природы.

Я не смогла удержаться от хихиканья себе под нос при этих словах. Образ Дрю, болтающегося в лесу только для того, чтобы послушать природу, был комичным.

— Что ты подразумеваешь под «частью их племени»? Я предполагаю, что это не собачий свисток, так что разве не все животные могли бы его услышать?

— У каждой семьи свой собственный диалект, вроде того, как у всех нас разные акценты в зависимости от того, откуда мы родом. Поэтому, когда они слышат крик, то знают, из их племени эта птица или нет. На самом деле это довольно увлекательно. Когда вороны присоединяются к другому племени, они перенимают их диалект.

— Так по какой причине они такие громкие?

— Ну, я бы предположил, что это как-то связано с тем, насколько они территориальны. Если они защищают то, что принадлежит им, то чем громче кричат, тем страшнее звучат для того, от кого пытаются спастись. Но вдобавок ко всему, они также используют свои голоса, чтобы посылать сообщения своему племени — будь то предупреждение или крик о помощи.

Хмыкнув, я прислонилась плечом к стене. Так много из того, что я узнала сегодня, на каком-то уровне было связано с историями, которые Дрю рассказывал мне о семье, пропавшей без вести в затерянном городе под озером. Я могла только счесть это за совпадение, прежде чем начала сомневаться в истинном смысле названий, которые его бабушка и папа использовали для курорта. Но я не хотела спрашивать об этом. Не хотела, чтобы Дрю думал, что я сошла с ума из-за соединения точек, которые не должны были быть связаны, или из-за того, что делала много шума из ничего.

Вместо этого я остановилась на более нейтральном вопросе.

— Ты знаешь все о погоде, стихийных бедствиях и птицах. Есть что-нибудь, чего ты не знаешь, Дрю?

— Возможно. Я дам тебе знать, когда выясню это, — сказал он с застенчивой ухмылкой и подмигнул.

Он закончил свой список дел, отнес мусор в заднюю часть — где, как я предполагала, находились большие мусорные баки — и убрал чистящие средства. Затем Дрю вернулся в главную комнату. А я, вместо того чтобы продолжать разглядывать стеклянные витрины, села на потертый кожаный диван и стала ждать его возвращения. У меня было слишком много мыслей после рассказа о криках воронов. Или карканье, или песни, как бы это ни называлось.

— Все в порядке? — спросил Дрю, садясь рядом со мной.

Его голоса было достаточно, чтобы вывести меня из транса, но его запах погрузил меня в совершенно другой.

— Да, просто жду, когда ты закончишь.

— Почему? Ты закончила осматриваться?

— Я уже все посмотрела. — Это была ложь, но я знала, что если бы сказала ему иначе, он, вероятно, провел бы меня по всей комнате, а я не думала, что у меня сегодня хватит на это умственных способностей. Вместо этого я сказала ему, что все посмотрела до того, как он появился. Это было достаточно правдоподобно.

Однако вместо того, чтобы встать и уйти, парень остался сидеть рядом со мной, как будто мы были в его гостиной, а не в главном доме. Я имею в виду, это было неплохое место, довольно красиво обставленное, но в нем не было такого тепла, как у него. С другой стороны, я сомневалась, что быть с ним наедине где-либо, кроме общественного места, было хорошей идеей. Одна эта мысль заставила меня задуматься, не было ли это причиной его пребывания здесь.

— Ты знала, что я буду здесь? — спросил Дрю, откидываясь на спинку дивана, как будто устраиваясь поудобнее для длительного пребывания. — Мы планировали потусоваться после того, как я закончу работу, но не могу вспомнить, говорил ли тебе, что мне нужно будет здесь убираться или нет.

— Нет, не говорил. Я просто убивала время, пока ты не закончишь с работой. Я предполагала, что ты будешь заниматься офисными делами или чинить чей-то туалет.

Он провел ладонью по лицу, пряча улыбку.

— Не сегодня.