Читаем Песнь меча полностью

Но вот между разбросанными хижинами поселения и гаванью устроили нечто вроде ярмарки, как обычно бывает у северных народов во время собраний — место для встречи торговцев и ремесленников. Мужчины состязались друг с другом в беге, борьбе, метании копья и разрубании толстых бревен одним ударом секиры; пировали и пили эль, который можно было купить тут же в пивных, и проигрывали серебро на петушиных боях за корабельными сараями, где высокие торфяные стены хоть как-то защищали от бесконечных ветров.

Но вместе с ветром до поселения долетали слухи о том, что решили вожди. Бьярни, возвращаясь с берега, чтобы потратить на кружку эля серебро, которое утром выиграл для него красный петух, заметил, что народ собирается у кузницы, с мечами у пояса.

— Так значит, военный поход? — спросил он стоящих рядом людей, усевшись на скамейку у пивной. — А я думал, поплывем в Исландию.

Человек, точивший нож на каменном пороге дома, посмотрел на него, пробуя лезвие пальцем.

— Даже если поплывем в Исландию, острый клинок всегда пригодится.

— Так значит, в Исландию? — настаивал Бьярни, взмахнув рукой, чтобы привлечь внимание чумазого мальчишки, прислуживающего в трактире. — Налей-ка мне!

Человек пожал плечами:

— Кто знает, — только ветер, который дует там, на вересковой пустоши.

А человек, сидевший неподалеку с молодым ястребом на руке, вставил:

— Судя по этим разукрашенным пиктским[67] вождям, прибывшим на совет, думаю, в Кейтнесс[68], а может, и дальше, на юг.

— Значит, все-таки военный поход. — Бьярни взял кувшин с элем из рук мальчика и сделал большой глоток.

Человек с ястребом, казавшийся старше и разумнее других, задумчиво гладил птицу по шее:

— Вряд ли, раз пожаловали их послы. В Кейтнессе много земли для охоты и выпаса скота, бескрайние плодородные пустоши, — слишком много для этих разукрашенных племен. А нам она нужна…

— Ты бывал там? — спросил Бьярни, всматриваясь в зеленые поля Роналдсея и голубые горы материка на юге.

— Каждую осень. Ярл охотится там и уже считает эти земли своими. Видят боги, на Оркни только одна добыча — тюлени.

— Точно, — вставил кто-то, — в Кейтнессе много земли, и тамошние жители наверняка обрадуются нашим мечам, ведь Харальд Прекрасноволосый готовит свои корабли по всему побережью Норвегии, чтобы напасть на шотландские берега.

Человек, точивший нож на каменном пороге, наконец закончил работу и, заткнув клинок за пояс, взглянул на остальных:

— А вот еще одна причина как можно скорее отправиться в Кейтнесс. Харальд в два счета доплывет туда по проливу Пентленд-Ферт и вдоль Грейт-Глена[69]. Так что лучше нам поторопиться.

— Все это разумно, но…

Вдруг ястреб с пронзительным криком расправил крылья и яростно забил ими на руке хозяина. Тот успокоил его и вынес на улицу, подальше от паров эля и толпы.

А Бьярни, посмотрев им вслед, увидел горы Кейтнесса — тонкие, как тень, в бледном морском тумане, который размывал берега.

К закату туман стал гуще и расползся по земле тяжелым, пахнущим морем сумраком, в котором растворялись звуки, и добрался до самого Каминного зала ярла, смешавшись с дымом торфяных костров и оставив размытые пятна света вокруг факелов.

А вместе с туманом вошел один из береговых стражей, ведя за собой незнакомца в потертом морском плаще. Бьярни сидел среди команды «Морского змея» на скамье для гостей и видел его, когда тот проходил мимо, на расстоянии вытянутой руки. Бьярни затаил дыхание, неожиданно узнав пришельца. Свен Гуннарсон! Сначала он подумал, что ошибся: он часто вспоминал о Барре, а из-за этого проклятого тумана можно было вообразить неизвестно что. Но это действительно был Свен Гуннарсон!

Вместе со стражником он прошел через весь зал к ярлу Сигурду, сидевшему на скамье с резными подлокотниками в виде драконьих голов. Стражник, опираясь на дубину, сообщил:

— Посол с трех кораблей, только что вошедших в гавань.

— В такой туман? — удивился ярл Сигурд, почесывая уши огромного пса, прижавшегося к его колену.

— Ярл Сигурд не единственный опытный моряк в западных водах.

— Да, есть и другие, но их немного. Кто же из них стоит в моей гавани?

— Онунд Деревянная нога с «Морской ведьмы».

— Так… И что он хочет?

— Он просит разрешения наполнить бочонки водой из твоих колодцев.

Густые брови ярла вздернулись вверх, а его плоская голова на длинной шее наклонилась вперед, отчего еще больше стала походить на нос корабля.

— С каких это пор Онунд Деревянная нога нуждается в пресной воде с чужих земель? Обычно он не просит разрешения.

Свен по привычке дернул плечом:

— Мы направляемся на северо-запад, в Исландию. Это мирное плавание. У нас женщины и дети на борту, и скот. Мы не хотим проливать кровь.

Бьярни понимал, как тяжело ему говорить это.

— Если бы мы взяли с собой достаточно воды, пришлось бы оставить часть скота, зерна и семян для посева.

— И вы решили наполнить свои бочонки моей водой.

— Оркни — последний берег на пути в Исландию, — сказал Свен.

— Есть еще остров Льюис[70], — напомнил ярл Сигурд.

— Да, но Барра и Льюис враждуют уже многие годы.