Читаем Песнь Матери-степи полностью

Приблизившись к ней, мальчишка крепко схватил ее и, держа одной рукой, другой продолжал грести. Река словно теряла силы и больше не мешала плыть, и свершилось чудо: они смогли добраться до берега. Оба мокрые, уставшие, выйдя из воды, обессиленно опустились на землю. Казалось, что прошла целая вечность. Река отпустила… Асия, уткнувшись головой в мокрые колени, дрожа от холода, смотрела на реку и шептала: «Плохая река, плохая река».

– Чего ругаешься? – мальчишка отер мокрое лицо. – Зачем полезла в речку, ведь не умеешь плавать. Раньше бы Асия дерзко ответила на такие слова или даже не стала отвечать, а полезла в драку, если кто-нибудь так с ней разговаривал, но сейчас не было сил. Подбежала Калжан, волнуясь и глотая слова, стала оправдываться:

– Она хотела у берега на бревне поплавать, а его унесло далеко, на середину реки. Мы же не знали.

Мальчишка обернулся к Асие, продрогшей от холодной горной воды, и спросил:

– Как тебя зовут? – Не дожидаясь от девчонки ответа, сказал: – А меня зовут Жангир.

Глотая слезы, Асия назвала свое имя.

Овцы, пощипывая траву, разбрелись в разные стороны, собака в отсутствие хозяина мирно посматривала на стадо, лениво позевывая и не думая собирать отару, считая, что ее дело охранять овец от волков, а не бегать за глупыми овцами.

– У меня нет времени с тобой тут сидеть, – и, поднявшись с земли, весь мокрый, мальчишка побежал к отаре сгонять овец.

Сидя на земле, озябшая Асия не понимала, как сейчас она могла утонуть, ведь она так любит жизнь, а жизнь оказалась такой беспомощной и слабой перед рекой, что вот так просто могла отдать ее.

Калжан не знала, что делать, и побежала в сторону аула. Увидев отца Асии, она стала, плача и крича, рассказывать, что произошло на Каратале. Мурат все понял и, не дослушав девочку, вместе с Касеном отвязали своих лошадей, что стояли на привязи, и, сев верхом, быстро поехали к речке.

Асия все так же сидела на берегу, с мокрых волос каплями стекала вода. Съежившись в комочек, она удивленно смотрела на бурлящие и, как оказалось, жестокие к ней потоки воды.

– Асия! – Мурат громко окликнул дочь и быстро спрыгнул с лошади.

Увидев подбегающего отца, девчонка поднялась и, мокрая, озябшая, уткнулась лицом в такой теплый родной чапан[13]

– Аке, аке, – плача твердила она.

Мурат не хотел верить, что его дочка, эта бесшабашная Асия могла сейчас утонуть. Он гладил ее по мокрым волосам.

– Все хорошо, дочка, все хорошо, – повторял отец.

Асия разрыдалась, размазывая слезы по лицу. Давно он не видел слез своей дочери и ее всхлипывающий плач. Плач прозрения и беспомощности перед жизнью.

Отец посмотрел на дочь и понял: она сейчас первый раз в жизни испугалась. Смелая, бесстрашная Асия, никто не видел ее такой растерянной и испуганной. Она плакала, та самая девчонка, которая ничего никогда не боялась, она почувствовала, что осязаемо встретилась со смертью…

Мурат ласково гладил ее по голове, и Асия постепенно успокаивалась, она чувствовала, понимала: что бы ни случилось, ее отец всегда будет рядом, он ее любит и не предаст, как сейчас это сделала река. Мурат попросил брата позвать мальчика, который спас его дочь. Касен, сев на лошадь, поехал к пасущейся отаре овец. Мурат видел, как Касен слез с коня и подошел к пастушонку. Мокрый, дрожащий от холода, мальчишка стоял перед братом, не соглашаясь, качал головой. Мурат понял, мальчишка не хочет подходить. Отец обнял дочку, укрыл полой чапана, и они вместе пошли к пастушонку. Подойдя к нему, Мурат спросил:

– Ты чей сын?

– Мой отец Балгабек, но он умер, – не робея перед отцом Асии, сказал мальчишка. Мурат припомнил сапожника Балгабека, его отец, Кудайменде, заказывал у него сапоги себе и своим детям, и всегда говорил, что лучшего сапожника во всей округе нет.

– Так ты сын Балгабека, – задумчиво сказал Мурат. Потом, помолчав, спросил:

– Это ты спас Асию?

Мальчишка молчал, и Мурат, не дожидаясь ответа, попросил Касена, чтобы он забрал лошадей и нашел человека, который побудет с отарой овец.

– Пойдем с нами в аул, – Мурат уже повернулся, чтобы идти, но мальчишка упрямо продолжал стоять.

– Пойдем с нами, – из теплого чапана отца показалось измазанное лицо Асии:

– Не бойся, с овцами ничего не случится.

Укрывая дочку полой чапана, Мурат спросил у мальчишки:

– Ты у кого живешь?

Мальчишка в мокрой одежде сильно озяб, и, чтобы этот бай не заметил, как стучат от холода зубы, медленно сказал:

– У старшего брата, Сырым-аги.

– У тебя есть братья, сестры?

Мурат не замечал, как мальчишка продрог, степной ветер обдувал его. Жангиру становилось все холоднее, ему с трудом удавалось произносить слова, но он не показывал вида:

– Да, у меня еще есть брат, Нурболатом зовут, брат Ахмет, и сестра Айгуль, но ее недавно выдали замуж, сейчас живет в другом ауле.

– Аке, – выглянула из-под полы чапана Асия, – он замерз, укрой его тоже.

– Не надо, – мальчишка остановился, прикрывая себя руками, стараясь согреться.

– Иди сюда, – Мурат распахнул другую полу чапана.

– Иди же скорее, – поторопила Асия, – согреешься.