Читаем Первые апостолы полностью

Тогда Павел продолжил свою проповедь в доме римлянина по имени Гай. В знак начала нового этапа миссии он сам крестил его, а также Стефанаса, первого грека, обращенного в Коринфе. Этот последний был выбран Павлом в качестве руководителя молодой церкви. О составе ее свидетельствует сам апостол. "Смотрите, братья, - писал он позднее коринфянам, - на призвание ваше: не много мудрых по плоти, не много сильных, не много благородных"[13]. Это, впрочем, не доказывает, что все неофиты происходили из низших сословий. В Коринфе было немало образованных людей, он славился своими библиотеками и школами. В числе христиан оказались и любители мудрости, и знатные лица. Таковым, в частности, был городской казначей и начальник общественных работ Эраст, имя которого сохранилось на одной коринфской надписи[14].

Итак, налицо был парадокс: в беспутном и легкомысленном Коринфе нашлось больше душ, искавших веры и спасения, чем где бы то ни было прежде. Убедившись в этом, апостол пришел к мысли остаться в городе подольше. Число христиан быстро увеличивалось, и они нуждались в более продолжительном попечении.

Однако, памятуя об Афинах, Павел больше не рассчитывал на логические аргументы. "Придя к вам, братья, - писал он, - я пришел не в преимуществе слова или мудрости, возвещая свидетельство Божие. Ибо я рассудил ничего не знать у вас, кроме Иисуса Христа, и Иисуса Христа распятого"[15].

Происки иудейских противников Павла ни к чему не привели. Он особенно, куда больше чем Сила и Тимофей, вызывал у них раздражение. Один раз они даже пытались подать на него в суд и отвели к проконсулу Ахайи Люцию Галлиону. Однако этот образованный и терпимый римлянин, брат философа Сенеки, отказался разбирать дело Павла[16]. Он заявил обвинителям: "Если бы было какое-то преступление или злодейство, я бы с полным основанием принял вашу жалобу, но поскольку спор идет о слове и именах и вашем законе, смотрите сами; в этом я не хочу быть судьей". После такой отповеди проконсул велел очистить место суда, а собравшаяся на шум толпа коринфян воспользовалась случаем и избила нового начальника синагоги. Причем Галлион не стал этому препятствовать.

x x x

Полтора года прожил Павел в Коринфе, где его пастырский дар развернулся в полную силу. Он трудился, отдавая всего себя, с огромным напряжением. Позади были сотни километров пути и десять общин от Малой Азии до Балкан, основанных им лично. Почти в одиночку он совершил невозможное и знал, что в этом проявляется ощутимая помощь свыше. В Коринфе работа с людьми была очень нелегкой, но он слышал голос Христов: "Не бойся, говори и не умолкай, ибо Я с тобою, и никто к тебе не подступится и не причинит тебе зла, ибо у Меня много народа в этом городе".

Не забывал апостол и о других своих "детях". Он не имел возможности побывать за это время в Македонии, но еще раз послал туда неутомимого Тимофея. Юноша выполнил поручение, и после этого Павел предпринял дело важнейшее в его жизни и бесконечно важное для всей Церкви. Он сел писать послание.

Письмо фессалоникийским христианам было, быть может, первым его посланием.

Глава девятая

ПАСТЫРЬ ЦЕРКВЕЙ И БЛАГОВЕСТНИК СВОБОДЫ

Коринф - Эфес - Иерусалим - Антиохия, 51-54 годы

Послания св. Павла

Еще у ветхозаветных общин, разбросанных по миру, вошло в обычай обмениваться посланиями. Поскольку в римскую эпоху регулярная почта служила лишь государственным нуждам, письма развозили нарочные. У Павла в таких людях недостатка не было: Тимофей, Тит и другие его помощники в любой момент готовы были отправиться с драгоценным свитком туда, где его ждали с надеждой и нетерпением.

Письма Павла составляли как бы часть его миссионерской проповеди, хотя в основном они преследовали пастырские цели: с их помощью апостол на расстоянии продолжал руководить жизнью новообращенных. Он взял себе за правило адресоваться не к старейшинам церквей, а ко всем верующим, чем подчеркивал их общую ответственность за дело Божие.

Разумеется, Тарсянин не мог знать, что продиктованные им страницы войдут в Священное Писание, однако он не смотрел на них как на обычную корреспонденцию. Убежденный, что через него с братьями говорит Сам Господь, апостол просил, чтобы его письма зачитывали вслух на молитвенных собраниях и распространяли[1]. Он сохранил веру своих прежних учителей, фарисеев, в то, что Слово Божие живет и действует не только заключенное в канонический текст[2].

Наши Евангелия сложились уже на исходе апостольского века, поэтому Павлово наследие есть самый ранний из известных нам письменных документов Церкви. Письмо в Фессалонику было получено христианами, жившими всего через двадцать лет после земной жизни Спасителя.

x x x

В посланиях звучит голос не только пастыря, но и первого новозаветного богослова. На долю св. Павла выпало осмыслить и выразить тот сокровенный опыт жизни во Христе, который пережил сам миссионер и который есть подлинный корень бытия Церкви.