Читаем Первое касание (СИ) полностью

Перед этим мужчиной невозможно было расслабиться. Хотя, о какой расслабленности говорить, когда творится такое. Но весь его вид и исходящие от него импульсы, точно кричали о том, что этот хмурый мужчина сосредоточение силы и мощи. При разговоре с ним спина невольно выпрямлялась, а голос ставал тише.

Мистер Рид досадно вздыхает и к разговору подключается Рейчел.

— Милая, ты и сама, я уверена, заметила произошедшие в тебе изменения? — развернувшись в мою сторону, тихо спрашивает Рейчел. На что, вспоминая о своих теперь слишком восприимчивых органах чувств, я киваю.

— Получается…я тоже теперь… — оборвалась, вопросительно взглянув на девушку.

— Во всех легендах мы называемся по-разному. Оборотень, вервольф, ликан. Да, Селли. Теперь ты тоже одна из нас, правда пока не до конца, — Рейчел закусила губу, резко замолчав, а по мне пробежался табун будоражащих мурашек. Оборотни. Боже. Почему-то услышав сейчас это, как до этого предполагалось, меня не сковал страх или паника. Наоборот. Воодушевлёние, вот что разгоралось в груди.

— Твои органы чувств теперь более восприимчивы, но пока это проявляется лишь укрывками. Твоя волчица ещё дремлет, а проснётся она полностью лишь в твоё первое полнолуние, — продолжает мистер Рид.

Так вот почему звуки то разрывают барабанную перепонку, то вновь воспринимаются обычно.

Как я поняла из дальнейших рассказов, полнолуние — единственное время, когда волк берёт верх над человеческой сущностью. Нет, в эту ночь они всё так же могут себя контролировать, только человеческий облик для них недоступен до рассвета. Исключение: девятнадцатилетие — совершеннолетие оборотня. В эту единственную ночь в жизни, они лишь звери без человека внутри.

И теперь узнавая всё новые подробности из их жизни, я начинала понимать почему странная компания часто пропускала школу. И вообще, вела себя отстранённо. Ведь как оказалось с приближением полной луны и какое-то время после, эмоции оборотней сложно держать под контролем. А они не могут позволить себе такой роскоши, как отдаться на волю своим чувствам.

Законами их "Завета" запрещается вступать в связи с людьми. В любые. И на это есть несколько причин. По соображениям безопасности, и по соображениям несовместимости природы каждой из сторон. С упоминанием второй причины и того, что оборотень не может чувствовать влечения к человеку, мои щёки запылали, а сердце предательски начало отбивать буйный ритм.

Так вот в чём причина такой реакции Нэйта на меня. Человеком я просто напросто не могла его заинтересовать. Я пыталась наладить контакт — он отталкивал, не желая нарушать законов своего мира. Даже дружба для них неприемлема. Но тогда как же объяснить его странный порыв в раздевалке и после… когда он почти ответил мне на поцелуй?

Прерываю поток мыслей о Нэйте и обращаю внимание на вошедшую в гостиную миссис Рид с подносом в руках, нагруженным чашками и какими-то вкусностями. И только теперь заметила, что Леона здесь нет. Видимо я так увлеклась раскладыванием всей информации по полочкам своего сознания, что не обратила внимания на его уход. И Нэйта всё ещё не было. Но о нём я вообще больше старалась не думать. Он в этом замешан не меньше моего, но присутствовать видимо, не видит необходимости.

Ему плевать, что по его вине моя жизнь перевернулась вверх дном. Да, я тоже виновата, но лишь в том, что и не подозревала о подобном исходе. Ну, хорошо, и ещё чуточку в том, что я вообще устроила слежку. Глупо, очень глупо моя жизнь сменила ориентиры. И каждый из нас принял в этом участие.

Будто бы прочитав мои мысли, миссис Рид присаживается рядом и с сожалением смотрит мне в глаза.

— Дорогая, прошу, не вини во всём произошедшем Нэйта. Это мы виноваты в том, что с тобой произошло. Кто-то из нас должен был охранять местность от посторонних, но мы были так взволнованы предстоящей битвой, что подобное напрочь вылетело из головы. Если кого винить, то это нас.

Несколько секунд обдумав её слова, я всё же киваю.

— В любом случае, произошедшее уже не изменить.

После минутного молчания, сопровождающимся звоном чайных чашек, Рейчел вдруг вновь обращает внимание на меня и улыбается. Если бы я не знала, что она волчица, то подумала бы, что лиса. Миндалевидные, прищуренные глаза с длинными, чёрными ресницами смотрели на меня с хитрым блеском.

— А что ты, кстати, делала той ночью в лесу?

Вмиг теряясь, я опускаю глаза на свои руки держащие чашку и чувствую, как щёки полыхают адским пламенем. Но смущающую правду, я заменяю стыдом за свою любопытность.

— В школе я являюсь редактором школьной газеты, и той ночью я добывала информацию о секретные вечеринках Нэйта и его друзей. Мне хотелось докопаться до правды и…

— Докопалась судя по всему! — продолжает за меня девушка, ехидно хихикнув. Да уж, докопалась так докопалась.

В этот момент большие, круглые часы на стене, оповещают о том, что наступил вечер. Звонко отбивают, указывая на цифру четыре. Встрепенувшись, я поднимаюсь с дивана.

— Простите, но мне уже пора. В этот раз и в самом деле.