Читаем Первая стена полностью

— Я работаю на конвейере, работаю на конвейере, работаю целую смену! — прокричала она, и её голос чуть не сорвался от напряжения, когда она соревновалась с песней снизу, и они образовали гармонию. Приглушенные слова с третьей, самой нижней палубы, то входили, то выходили из ритма. Все три песни поднимались и опускались, соперничая друг с другом.

Зеноби чуть не поперхнулась, слова застряли в сжавшемся от волнения горле. Это не имело значения, вагон почти раскачивался от объединённых голосов всех трёх палуб, которые сливались в неофициальный гимн Аддабы: «Вперёд, лорды и леди промышленности».

Она услышала первые прерывистые звуки, нарушающие песню, за несколько мгновений до того, как движение привлекло её взгляд к лестницам с верхней палубы. Пение оборвалось, когда один за другим рядовые замечали старшего офицера безопасности Джаваахир. Сбитые с толку дисгармонией с верхней палубы, и, возможно, недоумевая, что происходит, роты внизу запнулись и затихли примерно через минуту.

Другие офицеры безопасности прошли мимо своего командира и направились на нижние палубы, заглушая последние певшие голоса.

— Вам не нужно молчать из–за меня, — сказала Джаваахир, она говорила громко, чтобы её слышали все в помещении размером с зал. — Но, возможно, пора перестать петь о прошлом. Вы больше не на конвейере. Теперь, возможно, следует обратить сердца и языки в будущее. Новая песня для Аддабы. Воинский гимн.

Эти слова были встречены обсуждающим бормотанием, вскоре заглушенным шёпотом угроз со стороны лейтенантов и сержантов.

— Пора, — объявила старший офицер безопасности, с удовольствием потирая руки. Зеноби не знала, что именно её так взволновало. Пока передавался приказ готовиться к высадке, она вспомнила совет Менбера и постаралась не думать об этом слишком много.

Нисходящие равнины, четыре часа после начала штурма

Форрикс понял, что наблюдает за ходом атаки с крыши сгоревшей промежуточной станции, расположенной примерно в семи километрах от космического порта Львиные врата. Пролегавшее рядом шоссе превратилось в феррокритовую крошку — так много по нему проехало танков и передвижных крепостей.

IV легион возвёл циркумвалационную линию по двадцатикилометровой дуге вокруг своей цели, сформировав её из бронетехники и самовозводящихся укреплений, основанных на древних стандартных шаблонных конструкциях. Хан повёл Белых Шрамов против машин Пневмахины и искажённых легионеров Мортариона, что привело к значительным потерям и задержке, а неожиданная вылазка Имперских Кулаков во время первого штурма заставила Кроагера немного задуматься о своём нетерпении. Если Дорн или кто–то из его союзников задумает предпринять ещё одну контратаку против легиона Пертурабо, то они встретят гораздо более упорное сопротивление.

Мысли о произошедшем с Гвардией Смерти заставили Форрикса остановиться. Официального сообщения о причинах их задержки не поступало, но было ясно, что их путешествие через варп оказалось тяжелее, чем ожидалось. Тех, кого он когда–то знал, как Сумеречных Рейдеров, больше не было. Их примарх стал воплощением кошмаров, как Ангрон и Фулгрим, а их тела изменило нечто такое, что находилось за пределами знаний Форрикса. Он не был наивным относительно сил, с которыми связал себя магистр войны, но не был и экспертом. Он видел изменённых демонами Несущих Слово и мутировавших колдунов, а также результаты экспериментов Пневмахины с ранее запрещёнными варп-технологиями. У него во рту появился кислый привкус, пока он наблюдал за морем некогда человеческих и псевдочеловеческих существ, что рвались к внешним защитным сооружениям. Мысль о том, что и Железные Воины однажды могут пасть жертвой подобной деградации, вызывала у него тошноту.

Он повернулся к своему спутнику, Солтарну Фуллу Бронну, известному как Камнерождённый. Общевойсковой командир артиллерии, тот наблюдал за эффективностью своих пушек и ракет. Группа терминаторов-Катафрактов маячила позади него, их присутствие скорее являлось демонстрацией положения Камнерождённого в легионе, чем военной предосторожностью.

— Я рад, что хотя бы один настоящий Железный Воин стоит рядом со мной, — произнёс Форрикс.

— Что ты имеешь в виду? — Камнерождённый не повернул головы, продолжая смотреть на пожар, охвативший космический порт.

— Я хотел бы видеть тебя в Трезубце, понимаешь? У тебя есть талант к разрушению.

— Я доволен отведённой мне ролью, — ответил Солтарн Фулл Бронн. — Трезубец полностью укомплектован.

— Нужна невероятная удача, чтобы мы все трое выжили в этой битве, ты же знаешь. Я бы предпочёл, чтобы кто–нибудь покрепче стоял за моим плечом.

Теперь Камнерождённый повернулся, его полированный шлем поймал свет тысячи вспышек, когда орудия «Вулкан» выплёвывали ярость в контрбатарейном огне против его осадных машин.

— Ты предполагаешь, что выживешь там, где другие могут пасть. Это граничит с угрозой.