Читаем Первая стена полностью

— Или боевая баржа, — прорычал Дорн. Он поднял голову, словно смотрел на орбиту, представляя брата на мостике «[i]Железной крови[/i]». Будет ли он мрачным или торжествующим? Его первая победа на Терре находилась на расстоянии вытянутой руки. Каково это — стать на шаг ближе к Внутреннему дворцу?

— Приказы, лорд Дорн?

Примарх понял, что вопрос был задан второй раз.

— Предупредите все силы у Львиных врат. Подготовьте огневую поддержку и вспомогательные контратаки, чтобы прикрыть отход из космического порта. Продолжайте пытаться послать сигнал Сигизмунду. Он должен отдать приказ о полном стратегическом отступлении к мостам, а затем к Львиным вратам.

— Отступлении?

— Космический порт пал, Ворст. Это всего лишь вопрос времени и скольких наших воинов мы сможем вытащить из–под вражеских орудий. Каждый спасённый сегодня солдат будет сражаться завтра.

Он шагнул к ступенькам и потянулся за шлемом, висевшим на подставке в задней части платформы.

— Вы уходите, лорд Дорн? — Ворст поспешил за ним.

— Да. Приготовить мой десантно-штурмовой корабль и моих хускарлов.

Он противостоял Пертурабо разумом и волей во всех звёздных системах, на осадных рубежах и дворцовых стенах. Теперь пришло время встретиться с братом лично.

Космический порт Львиные врата, внешний тропофекс, двадцать один день после начала штурма

Меч Сигизмунда прошёл сквозь болтер стоявшего перед ним Железного Воина. Клинок взорвал болт в казённике, и меч вспыхнул, глубоко врезавшись в шлем легионера. Воин IV легиона отшатнулся, брызнула кровь. Сигизмунд не позволил ему отступить и вонзил острие меча в горло врага.

Вокруг него болтер и клинок пели песнь войны, но он сражался словно в пузыре тишины. Битва распространилась на окружавшие небесные мосты вестибюли и галереи, поэтому пока штурмовые корабли и зенитные пушки ревели и грохотали наверху, орудийные батареи на внешней стене космического порта отслеживали цели в рукопашной, выискивая подходящие цели. Лоялисты и предатели вступили в настолько плотный бой, что невозможно было отличить друга от врага, словно два воина вонзили клинки в животы друг друга и вцепились пальцами в горло.

Шагнув мимо падавшего трупа врага, Сигизмунд смотрел не на следующего Железного Воина, а на огромный конфликт, бушевавший вокруг монорельсовых станций и гигантских арок, что вели к внешним платформам. Дредноуты и танки сражались вдоль километровой станции, в то время как вдали тысячи других накатывались и откатывались, подобно приливу силовой брони, когда последние воины обеих армий сошлись в этой последней битве.

Далеко внизу, где смертные могли дышать загрязнённым воздухом, сотни тысяч солдат Имперской армии противостояли орде перебежчиков, зверей и мутантов, но их война не приведёт к победе, даже если цена будет продолжать расти — судьба космического порта решится в ближайшие часы у небесных мостов.

Поднырнув под цепной меч, Сигизмунд выстрелил из болт-пистолета в лицевую пластину и направил вслед за болтами клинок. Он позволил цепному оружию отрикошетить от наклонного наплечника и отскочить от шлема, оставив шею атаковавшего открытой для рубящего удара сверху.

— Где Абаддон? — воскликнул он, выпуская разочарование через решётку шлема. На острие вражеского наступления не было никаких следов Сынов Гора.

Его вокс затрещал, но не в ответ на вызов. Донёсшийся сквозь помехи голос принадлежал лейтенанту-коммандеру Хаогеру:

— Капитан, у меня входящая передача от лорда Дорна.

Сигизмунд остановился, ошеломлённый услышанным. Более часа не было никакой связи ни с космическим портом, ни из него.

— Я готов принять.

Треск помех усилился, когда связь была установлена. Голос лорда Дорна казался металлическим и далёким. Грохот стрелкового оружия и лязг ударов по силовым доспехам вокруг Храмовника звучали всё громче.

— Приказываю немедленно оставить космический порт Львиные врата.

Потрясённый Сигизмунд едва не пропустил удар топора, устремившийся из водоворота рукопашной ему в грудь. Он парировал в последний момент, отступив назад, чтобы позволить Жаранду и Элгерею обойти его слева и справа, приняв на себя основную тяжесть боя.

— Это их последняя попытка, милорд. Мы можем выстоять.

— Цена слишком высока. Это не последний наш бой, это только первая стена.

— Абаддон здесь, милорд. И другие командиры врага.

— Это не имеет значения. — В голосе примарха послышалась горечь. — Не позволяй лжи Киилер ввести тебя в заблуждение во второй раз.

Сигизмунд подавил возражения, понимая, что ему больше нечего сказать своему генетическому отцу, кроме того, что уже было сказано. Дорн, должно быть, воспринял его молчание как возражение; когда он заговорил в следующий раз, его тон был яростным: