Читаем Первая раса полностью

Молодой человек хлопнул бездомного по плечу, едва слышно пробормотал: «Я же обещал исправиться». Приятели пошли дальше. Им в спину донеслось:

– Да храни тебя Боже, Эль!

– Очень своевременное пожелание, – хохотнул сопровождающий его мужчина.

Наручные часы Эля показывали час ночи, когда они с приятелем подошли к девятиэтажному дому. Перед подъездом, обложенным камнем, стоял белый Мерседес «c-класса». Эль недовольно цокнул языком.

– Подождёшь меня внизу, – велел он. – Я сам разберусь. Главное, чтобы я остался незамеченным на этаже.

– Намёк понял, – ухмыльнулся его компаньон.

Сидящая на входе консьержка при виде незнакомца подскочила, но, встретившись с ним взглядом, застыла. Глаза её потухли, тело обмякло и стало покачиваться из стороны в сторону.

– Доброго вечерочка, фрау… – Эль прочитал имя на бейдже, – Дитрих. Мне бы узнать, в какой квартире проживает преподобный Фердинанд.

– Девятый этаж, – промямлила консьержка. – Прямо и налево.

– Благодарю покорно, – Эль махнул приятелю. – Ладно, я пошёл.

Кабина лифта ползла со скоростью улитки, красная лампочка лениво отсчитывала этажи. Эль прижался к стене кабины, запрокинул голову. Он не очень любил такие мероприятия: в них практически всегда было второе дно, копаться в котором было не приятнее чем в грязном белье.

На этаже оказалось темно, хоть глаз выколи. «Чтоб тебе провалиться, шакал, – буркнул Эль, включая на телефоне фонарик. – Хоть бы раз по-человечески сделал».

Свет фонаря выхватывал из темноты изгибы коридора и чёрные пятна железных дверей. За одной из таких приглушённо звучала музыка. Неплохая звукоизоляция в доме, если в час ночи никто не реагирует на шум.

Коридор вильнул влево, и Эль остановился перед тяжёлой дверью. В верхнем правом углу мелом были выведены буквы и цифры, которые на Богоявление оставляют дети, переодевающиеся в трёх волхвов. Над глазком висело маленькое распятие. Молодой человек подкатил глаза и цокнул языком.

Дверь открывалась внутрь. Тем лучше и проще. Эль негромко постучал и прислушался. За дверью всё было тихо. Эль постучал ещё раз. Он чувствовал: хозяин жилища стоит за дверью. Даже сам себе не мог объяснить, как пришёл к такому выводу, но был уверен в нём.

– Святой отец, – Эль провёл ногтями по железу, – а вы уже помолились на ночь?

Послышались торопливые удаляющиеся шаги. Эль пожал плечами и со всей дури вышиб ногой дверь. Та грохнула о стену, что только штукатурка посыпалась. Эль выглянул в коридор, убедился, что никто не вышел на шум, и нырнул в квартиру.

– Ферди-и-и, – пропел Эль. – Кто не спрятался, я не виноват!

Большая гостиная была освещена свечами; оранжевые огоньки дрожали на сквозняке. На софе, пытаясь закрыть лицо руками, скрючился мужчина в шёлковом халате. На ковре с длинным ворсом сидел мальчик в одной рубашке и не мигая смотрел на Эля.

Молодой человек схватил мужчину за грудки и притянул к себе. Тот, до этого тяжело сопевший, заголосил благим матом.

– Здрасте, святой отец, – осклабился Эль. – Надеюсь, вы ещё не успели причаститься?

***

Рису разбудил шум текущей воды. Она била из крана мощной струёй, разбиваясь о борта раковины.

Девушка глянула на часы: девять. Отчаянно зевая, она натянула джинсы, вышла в коридор. Дверь в ванную была распахнута настежь, Эль что-то бубнил себе под нос, плеща водой. Риса невольно прислушалась.

– Чёрт, да останавливайся же ты. Что тебе ещё нужно? Ну, давай же…

– Эль, с тобой всё хорошо? – позвала Риса.

Бурчание прекратилось. Без задней мысли Риса заглянула в ванную, и её взгляд тут же застыл на раковине.

– Это что?

Эль держал руки под струёй воды. Костяшки пальцев правой кисти были разбиты в кровь. Видимо, всё это время он надеялся остановить кровотечение, но это не помогало. Когда Риса вошла, Эль отвлёкся, отдёрнув руки, и по пальцам травмированной кисти тут же побежал гранатового цвета ручеёк.

– Чего тебе? – буркнул он, снова промывая руку под струёй воды.

– Что случилось? – Риса не сводила взгляда с его открытой раны.

– Потерял сознание, упал, – фыркнул Эль. – Всё в порядке. Не мешай, пожалуйста.

– Может, лучше к врачу? – беспокойство Рисы всё нарастало. – Рана, кажется, глубокая…

– Я справлюсь, правда, – в голосе молодого человека послышалось раздражение. – Не бери в голову.

Риса не сдвинулась с места. Это взбесило Эля, и он уже собирался прогнать её, но, обернувшись, встретился с ней взглядом. От вида этих больших встревоженный глаз всю его злость как рукой сняло.

– Всё хорошо, – заверил он уже спокойным голосом. – Мне просто нужно остановить кровь, вот и всё.

Риса больше не стала ничего спрашивать. Она поспешно вернулась в комнату, выудила из-под подушки холщовый мешочек и высыпала его содержимое на стол. Небольшие разноцветные камушки раскатились в разные стороны, и она принялась собирать их в одну кучу, глазами ища нужный. Наконец она нашла её – овальной формы чёрную бусину, наполированную до блеска.

Эль тихо ругался, видимо, никак не мог остановить кровотечение. Риса протянула ему ладонь и потребовала:

– Дай мне руку.