Читаем Перстень с трезубцем полностью

Ласло широко открыл глаза и глубоко вздохнул. Затем, ловко подхватив Этель на руки, закружил ее, приговаривая:

– Вот это радость! Вот это новость! А ты не ошиблась?

– Нет, мама первая догадалась, она ведь знает, как все это происходит. Не волнуйся, все говорит о том, что ты скоро станешь отцом.

Михал поставил ее на ноги и радостно воскликнул:

– Ты родишь мне сына!

– Это уже как Бог даст, но я бы тоже хотела, чтобы первым у нас был сын. – Она прижалась к нему и тревожно добавила, – женщины много сейчас рожают мальчиков, я слышала, что такое происходит, когда на земле идут войны.

– Тогда пусть вторым ребенком будет дочь, – успокаивал он ее, – чтобы войны закончились.

– А сколько бы ты хотел детей?

– Много! Я всегда мечтал иметь брата или сестру, отец с матерью обещали подарить мне их, но, к сожалению, моя мама умерла, она погибла от османской стрелы, а отец больше не женился.

– Я заметила еще в детстве, как ты ухаживал за мной. Не смотря, на свой возраст, ты старался заботиться обо мне. Когда я стала взрослее, то часто вспоминала о нашей первой встрече, когда ты подошел ко мне на озере. Ты был так обходителен, – улыбнулась Этель.

– Да, ты больше подходила мне, как сестра, я не понимал тогда, что значит муж и жена, просто я думал, что они живут вместе. Не скрою, когда я смотрел на сестренку Гиорджи, мне всегда хотелось, чтобы она была и моей сестрой.

– Это ты Болгарку имеешь в виду?

– Да. Мы с самого детства вместе. Отец Гиорджи когда-то стоял в одном ряду с моим отцом и дядей Ото, обороняя от турок Белград. Гиорджи мне, как родной брат.

– Теперь я понимаю, почему на него так косятся дворяне, он запросто хлопает тебя по плечу и заходит без стука в твои покои. Михал, а как умерла твоя мама?

– В 1521 году, когда Сулейман привел свои войска под стены Белграда, отец с мамой гостили в городе Землин у маминого брата. Я тогда остался в своем замке, они не взяли меня с собой.

Вместе с венгерскими воинами они храбро защищали город, но перед многочисленным войском турок, вынуждены были отступить. Мама, отец и несколько воинов, переправлялись через реку Сава, и в тот момент ее настигла вражеская стрела. Мать называли – Ласло Лайош Мария, ее привезли в родной замок и похоронили. Вот такая печальная история, – Михал тяжело вздохнул.

– Мне очень жаль, я даже не представляю, как ты все это время жил без нее, для меня смерть мамы, была бы и моей смертью. А какая она была?

– Добрая. Я вспоминаю один случай: когда мне было пять лет, я набрал целую охапку грецких орех. Рядом со мной стояли мальчишки из крепости, но я не поделился ни с кем. Вот тогда мама подошла ко мне и, взяв орехи, угостила всех ребят. Ее слова я запомнил на всю жизнь: «Не жадничай, делись со всеми». Я очень часто вспоминаю о ней, и об отце тоже. Хоть он и был строгим, но в трудные минуты, я всегда мог рассчитывать на его помощь.

При упоминании Михала об отце, Этель спросила:

– Тебе удалось узнать что-нибудь о нем?

– Мне сообщили, что отец находился несколько дней в плену у турок в Черном коршуне, но затем кто-то из состоятельных людей выкупил его у османского бея. Его след пропал, но совсем недавно меня известили, что можно узнать имя человека, который увез моего отца из крепости.

– Тебе пообещали назвать его имя?

– Пока нет, дело это серьезное, нужны доказательства, – Михал ласково посмотрел на Этель и нежно пригладил ее волосы. – Ведь тебя я нашел, моя драгоценная, может, и отца разыщу, хотя все сроки возвращения, уже давно прошли. Этушка, мне ненадолго нужно отъехать, понимаешь, время поджимает…

– Ты проводишь меня до замка, а то мне одной как-то страшно возвращаться.

Михал кивнул в сторону, и жена увидела нескольких всадников, ожидавших их ниже, на склоне горы.

– Тебя доставят в целости, не переживай.

– Так они следили за нами?

– Скорее сопровождали на расстоянии.

Этель запрыгнула в седло и, взглянув на мужа, заметила перстень на его пальце:

– Какой красивый, а что на нем изображено?

Михал слегка сконфузился, но ответил:

– Перстень принадлежит не мне, я должен вернуть его хозяину.

Он показал Этель печатку.

– Трезубец!! Мне уже приходилось видеть его. Если я не ошибаюсь, точно такой же я заметила на пальце твоего отца, когда мы с родителями приезжали к вам в гости, хотя таких перстней может быть несколько. Помнишь нашу помолвку?

Она улыбнулась. Михал ответил улыбкой и кивнул, но сразу не нашел, что ответить Этель на ее вопрос. Он никогда не обманывал ее и порой переживал, что ему рано или поздно, но придется приоткрыть свои тайны.

– Да, моя милая, этот перстень когда-то принадлежал моему отцу. Он был утерян, но мне случайно удалось узнать, что именно такой же видели на пальце у одного человека.

– В своей жизни я дважды видела такой перстень. Михал, ты прости меня за прямоту, но я хочу напомнить тебе о слухах, некогда будоражащих умы очень знатных людей. Ты слышал что-нибудь о Черном гайдуке, который несколько лет назад грабил состоятельных людей и нападал на турецких воинов.

– Если я не ошибаюсь, его имя Вашар, и он продолжает свое дело до сих пор.