Читаем Персональный ребрендинг полностью

У Сьюзен сложилась репутация новатора. Еще до окончания аспирантуры она выступала на крупных конференциях, и многие компании к ней прислушивались. Сегодня она руководит частно-государственной компанией, занимающейся инвестициями в энергосбережение. «Для меня это огромный опыт. Я многое знала о финансовых рынках, а сейчас приобретаю знания о государственном управлении, политике, энергетике, коммунальном секторе, технических нормах и даже о рынке недвижимости, — отмечает она. — Люди прислушиваются ко мне и считают лидером отрасли. На Уолл-стрит я бы не достигла такого успеха и за миллион лет».

Пользуйтесь статусом чужака

Финансовые навыки Сьюзен, пусть и блестящие, не были исключительными на Уолл-стрит. Но в мире правозащитников она стала ценным специалистом, поскольку мало кто из экологов обладал ее познаниями. Ее умения — тот самый ценный актив, который помог ей выделиться и быстро расти. Подобным образом позиционировал себя на всех новых рабочих местах Джейсон Шэйплин. Большинство людей судят о вас по длительности пребывания на каждом месте работы. Но Джейсон знал: по этому критерию он никогда не войдет в число победителей.

Главной задачей для него стало превратить свое пестрое резюме в преимущество — он успел поработать журналистом, консультантом, специалистом по переговорам, спичрайтером в президентской кампании, директором азиатской телекоммуникационной корпорации и руководителем некоммерческой организации. В планы Джейсона входило одновременно развеять сомнения окружающих насчет своей компетентности и заинтриговать их свежим взглядом на профессию.

«Я работал в таком количестве мест, что могу говорить на профессиональном языке почти любой отрасли, — рассказывает он. — Мне легко общаться со специалистом по хеджевым фондам, а потом в офисе губернатора рассуждать о перипетиях законодательной власти. При знакомстве с новыми людьми я зачастую сразу перехожу на их профессиональный жаргон. Это привлекает внимание: он рассуждает как переговорщик, но не стандартный. Вдруг он способен найти новые решения наших проблем? Видимо, мне удается убедить людей в том, что я достаточно знаю об их деятельности и при этом могу сообщить что-то новое и интересное».

Джейсон усердно работал, чтобы изучить нюансы каждой из своих специальностей. «Это было полное погружение, — говорит он. — Я много времени проводил в библиотеке». Но он также не отказывался от роли «чужака», потому что она обеспечивала ему свободу выступления с новыми идеями и подходами. «Я стараюсь абстрагироваться от мелочей, чтобы видеть перспективу, — объясняет он. — Нужно знать, что и как работает, но при этом сохранять свежесть мышления. Получается так, будто вы стараетесь не стать экспертом в избранной области. Нужно задержаться где-то посредине, на полпути межу суперпрофи и новичком. Нужно знать достаточно много, чтобы приносить пользу и оказывать влияние, но все равно смотреть на вещи со стороны».

Джейсон использует свой метод и сегодня, работая главным директором агентства по работе с беспризорниками. Хотя он занят в этой области уже около десяти лет — достаточно долго для приобретения богатейшего опыта, — он все равно пытается сохранять свежесть восприятия, выискивая инновации в других сферах. «Мы разработали фантастическую новую модель помощи беспризорным детям, — рассказывает он, — потому что, наблюдая за тем, чем занимаются образовательные программы для малышей, центры помощи и кризисные центры для детей, я видел все их недостатки».

Сила индивидуальности

Помимо знаний, умений и уникального опыта вы отличаетесь от остальных неповторимостью своей личности. Иногда вы единственный, кто идеально подходит для какой-то конкретной профессии. Так случилось с Наифом Аль-Мутавой, кувейтцем по происхождению, который мечтал стать писателем. Когда Наифу было немногим больше двадцати, его сильно задел новостной сюжет о человеке, уволенном из химчистки за религиозные взгляды. Тогда он написал иллюстрированную книгу о важности разнообразия, которая получила премию ЮНЕСКО как лучшая детская книга о толерантности. Издательство заключило с ним контракт на две другие книги, но Наиф еще не считал писательство своим основным занятием. «Родители сказали, что для хобби — это просто великолепно, но для работы не годится», — вспоминает он.