Читаем Пернач V (СИ) полностью

Стрелки израсходовали патроны и перезаряжались, я долетел до запертых ворот, спрыгнул с мотоцикла, и распластался вдоль стены, постаравшись укрыться так, чтоб меня сложно было достать сверху, благо стена не была гладкой и ровной, и в ней были небольшие ниши. А вот моему конику, тарахтящему двигателем лежа на боку, не повезло: в него всадили несколько пуль, он жалобно пукнул, и затих. Вот что за люди! Норовят испортить все, что попадается в поле зрения и прямого выстрела!

“Убьем их?”, спросил меня трогг.

Нет, нет. Мы пока хотим быть хорошими, и дружелюбными. Сверху послышалась возня.

— Позовите главного! Я буду разговаривать с ним!

— А если не позовем, то чо? — с издевкой спросили меня в ответ.

— Умрете страшной смертью. — ответил им трогг, и вот тут я был с ним согласен.

Не хотят дружить — ну и не надо! Сверху разразились хохотом, а трогг загадочно притих, он что-то задумал, что-то плохое, и сейчас он это провернет. Ух я и не завидую этим дуракам…

— Что здесь происходит?! — раздался командный голос в стане неприятеля.

А мое сердце ушло в пятки. Я знал, кто это говорит. И слыша ее, могу предположить, что таракан-Бикбай таки скопытился.

— Сильва! Сколько лет, сколько зим! — радостно вякнул я, а с той стороны напряженно замолчали, — Давно не виделись, союзник!

— Андатр? — неуверенно спросила меня убийца.

— Андатр. Только… Ты меня не узнаешь, изменился я. С нами, чистыми, такое иногда случается.

— Да плевать мне, как выглядит труп. — злобно фыркнула она.

Все та же валькирия, хоть что-то в этом мире не изменилось.

— Вот не надо так, нормально ж все было! Сильва, нам надо поговорить! — взмолился я, — Мы поклялись помогать и защищать друг друга! Не надо меня убивать!

После небольшой паузы девушка мне ответила:

— Хорошо. Подними руки и не делай глупостей, мои люди откроют ворота.

Наконец-то! Наконец-то хоть кто-то из знакомых! Хотя… Фил, Бралг, слепые. Есть у меня еще знакомые, есть. Но вот Сильве я был рад отдельно. Ворота отворились ровно настолько, чтоб можно было протиснуться, что я и сделал. Меня тут же крепко связали, и только потом я увидел Сильву. Она носила все тот же костюм химзащиты, на котором появились зашитые дырки и заплатки, прорезиненная ткань потерта, и видно было, что он использовался постоянно, как и затертый автомат, ранее принадлежавший мне, который убийца держала в руках. Где только патроны для него берет?.. На ее лице появился новый шрам, от виска к подбородку по левой стороне лица, черты стали острее, взгляд — жестче.

— Рад тебя видеть. — сказал я, и улыбнулся.

Она посмотрела долгим взглядом мне в глаза.

— В яму его. — приказала Сильва.

Меня пнули под колено и поволокли к глубокой яме.

— Эй, Сильва! Что черт возьми происходит?! Ты поклялась мне! Кровью!

— Я не знаю тебя, я давала клятву другому человеку.

— Черт, стой! Давай поговорим, я тебе все объясню! Ты не пожалеешь, что не получила за меня три “Энергии”!

Сильва сплюнула себе под ноги.

— Да я уже пожалела! Надо было получить, жила бы спокойно. Давайте его ко мне.

Меня потащили в кабак Бикбая. Внутри все поменялось, зал для гостей стал бараком, заставленным койками в два этажа, вдоль одной из стен стояли четыре обеденных стола с лавками. Я заметил человек шесть спящих, и еще четверых бодрствующих. На вид — типичные рейдеры-отморозки, но по их движениям и одежде я понял, что это профессиональные боевики. Значит, байкпост “любителей” теперь под убийцами. Меня протащили в заднюю комнату, и бросили на пол. Обстановка в комнате была скромная: обычная кровать, стол и пара стульев, металлический шкаф для одежды, на котором висел замок. Сильва села за стол напротив меня, положила автомат перед собой, и уставилась мне в глаза долгим взглядом.

— Я не знаю тебя, но ты говоришь вещи, которые не должен знать никто.

— Я их знаю, потому что это я и есть. Сильва, ты же знаешь, что я чистый? Слышала, что чистые бессмертны? Если убить чистого, он возродится, но в другом теле. Меня убили, Сильва.

— Вот как… - сказала убийца после непродолжительного молчания, — Вот вы, значит, какие. Это мы дохнем на каждом шагу, а вас, чистых, значит убить нельзя.

— Да, так и есть.

— А ты стал красавчиком, и раньше был неплох, а сейчас так и вообще. — резюмировала она, прищурив левый глаз.

Затем встала, сняла с пояса нож, и разрезала на мне веревки, угрожая ножом, заставила снять одежду, обошла вокруг меня два раза, затем отстегнула свой пояс, и аккуратно сняла комбинезон химзы. Света в комнате было мало, но я видел ее тело, хоть и не в первый раз. Темные и красноватые пятна на коже, шрамы, некоторая несимметричность, пятно скверны в низу живота, уходящее в промежность, но даже так она была по своему привлекательна. И сильна. Даже не смотря на уродство, она выглядела сильной.

“Сожрем?”, ожил трогг.

Нет. Нет. Я не жру своих друзей.

“Я жру.”