Читаем Перевозчик полностью

– Ну хорошо, – сказал он, – охотно верю, что технический потенциал спутников, благодаря новому элементу, неограничен. Но пролетать 1000 лет и больше – это фантастика, ведь законов физики никто не отменял, значит, если не включать двигатель, чтобы подкорректировать орбиту, спутник в конце концов упадет. Не делая точных подсчетов, а взяв грубо с запасом, делать это придется хотя бы раз в 20 лет. Так где же разместить такое количество топлива?

– У тебя устаревшие знания, – отметил Эстебан. – Твои учителя проспали где-то две тысячи лет, а то и больше. Двигатель предназначен только для вывода спутника на орбиту. Дальше он, а значит и топливо – не нужны и используется солнечная энергия.

– Не забывай, – поправил его Крис, – он же старовер, а они уже давно не общаются с миром.

Эстебан кивнул и продолжил:

– Я не физик и даже не технарь, но попробую объяснить тебе популярным языком, как сам понимаю. Теперь спутники не совсем круглой формы, а несколько удлиненные. Так вот, в нужный момент выдвигаются несколько зеркал и принимают на себя лучи солнца, затем, отражая и направляя их в заднюю часть спутника, нагревают ее и как-то (не буду объяснять как именно – сам точно не знаю), за счет тепловой разницы задней и передней частей спутника он получает необходимое ускорение.

Такая коррекция происходит автоматически при небольшом замедлении скорости орбиты спутника, и не через 20 лет, как ты предположил, годы здесь никакой роли не играют, главное и единственное, чтобы скорость снизилась до определенной величины.

– Николай, останови машину, уже подъезжаем, – прервал их научный диспут Крис. – Осталось пару километров. Ты, Эстебан, слишком увлекся. Я думаю, нашему сверхбдительному другу много интересней будет услышать, кто руководит этим училищем.

Николай послушно остановился, а Эстебан сказал:

– Да, да, ты прав, он очень удивится, узнав, что дедушка мамлюк.

– Как, начальник училища мамлюк? И почему дедушка? – спросил действительно удивленный Николай.

– Сейчас расскажем. Давай-ка выйдем, разомнем ноги, – сказал Эстебан и, достав баллончик с каким-то аэрозолем, брызнул себе на волосы, лицо и руки. Затем передал его Николаю и посоветовал: – Это от мошкары, а то загрызут.

Они вышли. Мошка и правда тучей нависла над ними, но, едва приблизившись на полметра, сразу взмывала вверх.

Николай снова отметил, что все здесь сделано по самым высоким стандартам и технологиям – и космическая техника, и даже эта аэрозоль.

А Эстебан начал рассказывать:

– Сейчас ты познакомишься с очень интересным человеком. За глаза его все в училище величают по-простому – Леня или дед, а часто уважительно – дедушка. Лет ему уже около трехсот. Почти сто из них он руководит этим училищем. Всему, что здесь достигнуто, патриоты обязаны ему. Он мамлюк, к тому же соглядатай! Да, да, не удивляйся, вот такие метаморфозы иногда происходят с людьми.

Николай никак не ожидал такого расклада и спросил:

– И вы ему доверяете?

– Когда его сюда назначили, нас еще не было на свете, поэтому такого вопроса не существует. Патриоты, ровесники деда, рассказали о нем одну историю.

Когда-то Леонид Леонидыч был очень опытным соглядатаем. Служил не за страх, а очень добросовестно выполнял обязанности. Раскрыл несколько заговоров, нелюди его очень ценили и бесконечно доверяли. И вот Леонид, уже в очень солидном возрасте, первый раз по-настоящему влюбился. Иногда и мамлюки, эти почти поголовно циники, способны на высокие чувства, тем более что он был далеко не чистый мамлюк, предки множество раз перемешивали кровь с обычными людьми. И его тоже угораздило влюбиться в патриотку, работавшую младшим научным сотрудником в одной лаборатории, где им приходилось часто встречаться по работе. Она искренне ответила на чувства. И, по существу, в не очень радостной, монотонной, однообразной жизни наконец зажегся светлый луч. Они сошлись и были счастливы.

Но потом оказалось, что Надежда была замешана в заговоре против нелюдей, и он встал перед выбором – или добросовестно исполнить обязанности соглядатая, или как-то отвести угрозу. В возникшей коллизии даже не стоял вопрос о жизни или смерти для себя. Только или исполнить долг, или спасти любимую. Такой он был человек.

В конце концов пересилило первое – он пошел куда положено и доложил…

Этим же вечером Наденьки не стало. Он похоронил ее, и вскоре окружающие стали замечать происшедшую в нем перемену. Будучи раньше жизнерадостным и веселым, много шутившим, теперь Леонид стал молчалив и задумчив, но не прекратил выполнять службу соглядатая и для всех продолжал быть ревностным ее исполнителем. Им обычно поручали наблюдать за определенным окружением, связанным и с местом работы (он был ученый, а также преподавал в университете), и с местом жительства. И вот в окружении этого яростного ревнителя закона, почему-то вопреки тому, что было раньше, совсем прекратились раскрытия. Но своими прежними заслугами он снискал полнейшее доверие. Нелюди были довольны и считали, что благодаря ему в его окружении патриоты были запуганы и даже думать забыли о чем-то нехорошем.