Читаем Перевозчик полностью

По тротуарам шли редкие пешеходы. Николай подумал, что для миллионника маловато народу на улицах, но потом сообразил, что, наверно, это нормально, ведь площадь города очень большая, а никаких высоток не было. Трехэтажные одинаковые длинные (каждый метров семьдесят) жилые дома с несколькими проходными подъездами, с обширными зелеными дворами и детскими площадками. Двухэтажных домов намного меньше. Это были одноподъездные коробки, и в них располагались офисы различных учреждений, дворы которых были огорожены заборами, и там находились одноэтажные производственные помещения. Разные мелкие мастерские, небольшие склады; Антон сказал, что где-то на другом конце города был и один крупный завод.

Да, странный это был город. Мы знаем из истории образования больших городов у нас на Земле, что почти все они зарождались без какой-либо системы. Начинались с небольшого поселения и постепенно, в течение веков, под влиянием определенных факторов, стихийно, без всякого планирования разрастались. Поэтому, когда население их достигало большой численности, а индустрия развивалась, жить в них становилось не очень комфортно. Города перестраивались, но архитектурные творения разных эпох старались сохранить, народы делали это, чтобы не утерять память о культуре предков и сохранить свою индивидуальность.

Здесь же все было построено как бы заново по стандарту. На вопрос о том, сколько лет городу, Антон ответил, что уже больше двух тысяч. Таким же стандартным оказался и город Центральный, куда они попали ближе к вечеру, да и все остальные города ялмезанцев.

Банк и контора находились где-то в центре, и туда ходил автобус, Антон собирался там же зайти в закусочную и пообедать. Они прошли уже два квартала и подходили к остановке, когда Николай заметил на противоположной стороне улицы застекленную витрину какого-то пищеблока, где видны были столы, за которыми сидели люди.

– Антон, вон столовая, пойдем здесь пообедаем, автобуса все равно пока нет, – задержав шаг, предложил Николай.

Антон тоже остановился, посмотрел и сказал:

– Да вижу я, но это не столовая, а кафе.

– А что тут дороже? – поинтересовался Николай.

– Нет, цены везде почти одинаковы, – сказал Антон, но продолжал с сомнением стоять.

– Ну тогда пойдем поедим, ты что еще не проголодался? – видя его нерешительность, спросил Николай.

– Да нет, просто не нравятся мне эти окраины.

– А какая разница, пошли, – потянул его за рукав Николай.

– Ну ладно, пойдем, – наконец с неохотой согласился Антон.

Дом, в котором было кафе, стоял в конце квартала, и вход в него был за углом, не со стороны витрины, а уже на другой, пересекающей эту, улице. Когда они стали переходить улицу, на месте, где они стояли, остановилось такси, из него вышли два человека, к ним подошли еще двое, они поздоровались и стали разговаривать. Это такси минут через пятнадцать сыграет важную роль для наших героев. Поэтому пока просто запомним, что оно подъехало и остановилось почти напротив окон кафе.

В кафе находилось человек двадцать. Тем, кто пришел посидеть и отдохнуть, можно было занять столик и сделать заказ официанту. Но было и окошко самообслуживания для тех, кто пришел, как и наши спешившие любители футбола, просто пообедать. Было несколько свободных столиков, и наши «футболисты» облюбовали тот, что стоял ближе к раздаточному окошку, Николай сел на стул, а Антон, взяв поднос, встал в очередь (она была небольшая: всего четыре человека).

За столом у окна веселилась компания. В деревне Николай ни разу не видел выпивших людей, он даже думал, что на Ялмезе вообще не пьют и не бывает спиртного. Но нет, у тех на столе стояло два графина с каким-то напитком, причем один был уже почти пустой, и заметно было, что они навеселе. Они, размахивая руками, громко разговаривали и смеялись.

В кафе вошли новые посетители, оказавшиеся знакомыми сидевшей у окна компании. Последовали приветственные возгласы и объятия. А один из них после приветствий, опускаясь снова на стул, промахнулся и плюхнулся на пол, при этом больно ударившись затылком о ножку стола, чем развеселил приятелей.

Уже подходил Антон с подносом, когда к Николаю обратился один из вновь пришедших с предложением пересесть за другой столик, чтобы передвинуть этот к знакомым. Помня предупреждение Антона с городскими не связываться и лучше уступить, Николай согласился и, взяв со стула Антона саквояж, встал. И когда Антон, подойдя, уже готовился поставить поднос на стол, его, как говорится, прямо из-под носа вытащили. Лицо Антона от такой внезапной дерзости машинально стало злым, но он вспомнил, о чем сам предупреждал Николая, и его лицо стало удивленным и растерянным. Он держал поднос, не зная, как поступить. Это показалось Николаю настолько забавным, что он невольно рассмеялся.