Читаем Перевозчик полностью

На этот раз у быка получилось, костер запылал, он вскочил и, победно вскинув руки, издал радостное мычание. Его поддержали остальные, и тут же к компании присоединились еще несколько зверей, и все, как дикари, радостно запрыгали вокруг костра. Не радовалась только коза, Николай заметил ее заинтересованный взгляд на свою нижнюю часть тела, она, пританцовывая, незаметно приблизилась к нему, взяла за руку и негромко, почти шепотом, начала говорить: «Мой досточтимый тигр, давай отойдем, подберем стойло, и я с удовольствием позволю тебе сделать со мной все, чем грозил мне этот несчастный и хвастливый бычара-кролик».

«Ну вот, только этого мне не хватало, что же теперь делать?» – вздохнул про себя Николай. Но в то же время успокоился, к нему снова вернулась обычная уверенность и даже всегдашняя склонность к шутке и импровизации, он понял, что предложение козы хороший знак, – явно канаю за своего, надо и дальше соответствовать, собственно ничего страшного, ведь не такой уж я и праведник, мы же ходили с Антоном в публичный дом. И он в танце отвел руку козы вверх и в сторону, крутнул вокруг, чем она от костра и луны вся показалась и высветилась, а сам в это время специально заметно для нее повел своей тигриной мордой сверху донизу, как бы тоже оценивая физические достоинства тела. Оказалось, козочка была неплоха, но далеко не первой свежести, и Николай подумал, если уж придется здесь «потерять невинность», то желательно подобрать что-нибудь помоложе.

Николай давно проголодался и еще при первом появлении на поляне обратил внимание на столы, где еще продолжалось пиршество. И сейчас, чтобы не огорчать козу и сразу не отказывать, ему пришла в голову уловка. Он приобнял ее за талию, приложив палец к губам, повлек в сторону от костра и в ответ на предложение найти стойло сказал:

– Хорошо девочка моя темпераментная, но пойдем-ка предварительно выпьем и закусим.

– Что ж, согласна, пойдем в трапезную и отметим нашу встречу.

«Во как! Значит, место под тентами у них называлось трапезной. И уж не кощунство ли это над побежденной верой?» – подумал Николай.

За столом глаза Николая разбежались от обилия закусок: икра, жареная дичь, рыбные и мясные деликатесы. Пока коза бегала за бутылкой вина и чистыми бокалами (это находилось в отдельных ящиках в конце столов), он, придвинув к себе две тарелки с холодной молодой телятиной и заливной севрюжкой, уже опробовал их с хлебом, по-русски обильно наложив на один хрену, а на другой горчицы. Кушать было удобно, нижнюю часть маски можно было посредством липучки легко на время отвести в сторону и освободить рот для поглощения пищи, ну или там для поцелуев или других каких любовных утех (что вскоре и увидит Николай), все предусмотрели извращенцы. Когда подошла с вином коза, Николай почти наелся, почему-то, несмотря на полный стол прочих всевозможных невиданных деликатесов, пропал аппетит и в него просто уже не лезло. Наверное, три года здешнего деревенского питания по науке, внедренного правителями (хотя сами жрали от пуза), отучили желудок от переедания, что, безусловно, правильно и полезно для здоровья, и пожалуйста – здоровые органы для нелюдей. Мы с вами, читатель, их критикуем, а они вон какие – все предусматривают и учитывают.

Дальше, как только они выпили брудершафт, предложенный козой, внезапно забили барабаны и под грянувшую бравурную музыку появились штук тридцать факельщиков. Потом они с криками и улюлюканьем подбежали к озеру; несколько из них, размахивая факелами, бросились по понтону к домику на воде, а остальные рассеялись по берегу. И сразу из этого строения начали выскакивать, но отнюдь не звери в масках, а натуральные, молоденькие, очень стройненькие правительницы, имеющие на голове только зеленую повязку с прорезями для глаз, она закрывала пол-лица, открыты были лишь лоб, губы и подбородок. Сверху, в волосах, красовался венок, а сзади широкий хвост-плавник. Увидев встречных факельщиков, они с понтона и прямо из окошек с визгом бросались в воду. «Русалки», – заключил себе Николай.

Неожиданно как-то вышло так, что эта избушка вспыхнула и загорелась. Николай привскочил с места и, не зная, что делать, хорошо не очень громко, вскрикнул: «Пожар!» – но тут же с удивлением заметил, что сидевшие за столами продолжали преспокойно выпивать и закусывать. Как и все спокойная, коза, увидев его растерянный вид, непонимающе покачивая рогами и пожимая плечами, как-то беспокойно растягивая слова, поинтересовалась:

– Ты что, не в курсе… что эту сараюшку подожгли специально?.. Странно это…

«Ну, прокололся, – с опаской подумал Николай, – возможно придется бежать».

Но коза после недолгого и подозрительного молчания сама за него предположила причину удивления:

– А-а, ты первый раз принимаешь участие в праздновании юбилея! Ух и повезло же мне – какой молодой тигренок попался.

Но потом снова засомневалась:

– Как же так, ты что, даже сценарий не прочел?

– Да читал, правда, не очень внимательно, – ответил теперь снова успокоившийся Николай.