Читаем Перевороты полностью

Политика США в отношении Чили, да и в целом Латинской Америки кардинально изменилась после того, как в январе 1969 года президентом стал Ричард Никсон. Он презирал Союз ради прогресса, как из-за связи с Кеннеди, так и из-за якобы опасного триумфа идеализма над действительностью. Никсон опасался, что продвижение реформ, особенно перераспределение земель, подорвет власть дружественных Штатам правительств правого толка. Вместо латиноамериканских демократов и левоцентристов, в противовес попыткам Кеннеди и Джонсона, Никсон поддерживал предпринимательскую элиту и армию.

«Никогда не соглашусь с политикой, при которой снижается значение военных в Латинской Америке, – заявил Никсон на совещании Совета национальной безопасности. – Это центр силы, покорный нашему влиянию. Интеллигенция нам не покорна».

В 1970 году Альенде участвовал в выборах президента уже не от собственной социалистической партии, что была слаба и не смогла бы одержать победу, а в качестве главы коалиции левых и левоцентристских партий под названием «Народное единство». Задача не допустить его к власти сводила с ума все американское посольство в Сантьяго. В начале 1970-го Корри и глава отделения ЦРУ в Чили Генри Хекшер запросили у администрации Никсона разрешение начать кампанию, чтобы очернить Альенде. Они обратились к «Комитету 40», названному по номеру директивы президента, которая его и создала. Комитет состоял из главных советников по вопросам национальной безопасности. Во главе стоял Киссинджер: когда он предлагал меры, остальные поддерживали. Давний друг Киссинджера Дэвид Рокфеллер, чей банк «Чейз Манхэттен» имел многомиллиардные вложения в Южной Америке, побудил его дать «добро» кампании по очернению.

С приближением чилийских выборов, вспоминал Рокфеллер в мемуарах, он сделал звонок, подтолкнувший администрацию Никсона на тропу войны против Альенде.

«В марте 1970-го, задолго до выборов, мой друг, Агустин (Дуни) Эдвардс, издатель „El Mercurio“, ведущей газеты Чили, сообщил мне, что Альенде – обманутый советской стороной простак, который разрушит шаткую экономику Чили и распространит коммунистическое влияние. Если Альенде победит, предупреждал Дуни, Чили станет новой Кубой, сателлитом Советского Союза. Он настаивал, что США должны помешать избранию Альенде. Дуни настолько тревожился, что я помог ему связаться с Генри Киссинджером».

Ответственность за события в Чили по большей части лежит на плечах Киссинджера, если, конечно, не брать во внимание самого Никсона. Бежавший из нацистской Германии Киссинджер полагал, что главная цель государственного деятеля – установление и поддержание стабильных отношений между странами. Он написал докторскую диссертацию о князе Меттернихе, австрийском дипломате девятнадцатого века, который в современном мире считался мастером большой дипломатии. Уже в правительстве Киссинджер применял некоторые из идей Меттерниха. Он укреплял влияние США посредством союзников, например Ирана, Заира и Индонезии, и сквозь пальцы смотрел на правящих там диктаторов, которые угнетали население и беззастенчиво наживались за счет бюджета страны. Один из давних коллег Киссинджера, Лоуренс Иглбергер, пришел к выводу, что он руководствуется идеями, «прямо противоположными американскому опыту».

«Американцы склонны отстаивать определенные моральные принципы, – говорил Иглбергер. – Генри не чувствует американскую политическую систему, он не действует, исходя из тех же ценностей и предположений».

На протяжении своей долгой карьеры Киссинджер, как многие чиновники его поколения, практически не обращал внимания на Латинскую Америку. Весной 1969-го он посетил чилийское посольство в Вашингтоне и прямо заявил послу: «Я не заинтересован и даже знать не хочу ничего о южной части мира от Пиренеев и дальше». Через год разговор с Эдвардсом изменил все.

Двадцать пятого марта 1970 года «Комитет 40» одобрил кампанию по очернению Альенде с бюджетом в сто тридцать пять тысяч долларов. Позже сумма возросла до трехсот девяноста тысяч. Эта кампания была маломасштабной версией многомиллионной операции ЦРУ в 1964-м. Агенты вспомнили ту же тактику, начиная от пропаганды в прессе и заканчивая поддержкой антикоммунистических «групп оказания помощи населению». Кто-то печатал и распространял плакаты, изображающие советские танки на улицах Праги. Другие открывали предвзятые новостные агентства, сеяли вражду в рядах «Народного единства» и издавали книги, памфлеты и листовки, направленные против Альенде.