Читаем Перевороты полностью

В собственном посольстве Лодж столкнулся с неожиданной проблемой. Только прибыв в Сайгон, он предельно ясно дал понять подчиненным, что требует от них единодушия. В начале октября Лодж узнал, что глава отдела ЦРУ в посольстве Джон «Джоко» Ричардсон сомневается насчет переворота. Ричардсон поддерживал связи с Ню, а из-за его положения и заслуг – он проводил блестящие операции против нацистов во время Второй мировой войны и успешно управлял отделом ЦРУ на Филиппинах – к его мнению прислушивались в Вашингтоне. Лодж понимал, что Ричардсон вполне мог склонить чашу и без того шатких весов в пользу отмены операции. В начале октября Лодж сумел добиться перевода Ричардсона из Вьетнама. На его место пришел более прилежный агент.

Двадцать девятого октября, в шестнадцать часов двадцать минут, президент Кеннеди собрал в Белом доме пятнадцать старших советников по внешней политике и вопросам национальной безопасности для последнего совещания перед неминуемым переворотом. Спустя много лет всплыла запись этого собрания. Стенограмма глубоко разочаровывает. Стало ясно, что это просто хрестоматийный пример того, как нельзя проводить совместную политику. Присутствовавшие на собрании, как ожидалось, высказывали разнообразные мнения. Что примечательно, многие серьезно сомневались насчет необходимости переворота. Что еще более странно, ни Кеннеди, ни кто-то иной не отвечал на их предупреждения. Никто не предположил, что, если мнения столь разнятся, стоит отложить или вовсе отменить переворот. Голосования не проводили, не было и обсуждения последствий этого шага. Как только американцы подали вьетнамским товарищам знак, что они желают избавиться от Зьема, кампания началась сама собой.

Так как Хилсман отсутствовал на собрании, задача отстоять необходимость переворота легла на плечи Гарримана. Тот высказался крайне сдержанно, заявив лишь, что не верит в «наличие у Зьема достаточных лидерских качеств, чтобы привести свою страну к победе». В этой фразе и заключался весь смысл позиции в пользу свержения Зьема. Ей противостояли четверо главнейших в правительстве людей: министр юстиции Кеннеди, генерал Тейлор, глава ЦРУ Маккоун и Госсекретарь Раск. Еще один их союзник, генерал Пол Харкинс, глава американской военной миссии в Сайгоне, высказал свои сомнения в телеграмме, которую президент Кеннеди зачитал во время собрания. Один за другим противники переворота говорили о грядущей катастрофе:

РОБЕРТ КЕННЕДИ: Конечно, я в меньшинстве, но думаю, что это все не имеет смысла. Мы оставляем будущее страны, даже всей Юго-Восточной Азии, в руках человека, которого даже толком не знаем… Может, операция закончится успешно, однако я не видел ни в одном отчете, что хоть кто-то просчитал последствия.

ТЕЙЛОР: Должен сказать, что согласен с министром юстиции, и более того… Во-первых, вы получите абсолютно неопытное правительство, а во-вторых, сменятся все провинциальные главы, которые необходимы для управления, в то время как мы уже потратили целый год, чтобы наладить работу в этой области.

МАККОУН: Мы, по большому счету, согласны с генералом Тейлором… Успешный переворот, по нашему мнению – а я уверен, что оно верно, – повлечет за собой период политических беспорядков, междувластие и серьезно повлияет на ход войны. Последствия могут быть чудовищны.

РАСК: Вряд ли нам стоит верить в тех, кто сейчас на вьетнамской стороне… Я скептически отношусь к вероятности того, что вьетнамцы будут играть с нами честно… Они и не должны, и не будут так играть с западными людьми. Поэтому я считаю, есть здесь проблемы, чреватые последствиями.

ХАРКИНС: Я не выступаю против замены, отнюдь; полагаю, что в данный момент заменить стоит скорее методы, которыми действует правительство, чем само правительство. Я не увидел четкого плана ни у одной группы, ответственной за переворот. Думаю, мы должны еще раз серьезно рассмотреть все предложенные варианты, прежде чем примем решение.

Сомнения терзали даже самого президента. «Если мы просчитаемся, то за ночь потеряем все влияние на юго-востоке Азии», – рассуждал он. Затем, говоря о Лодже: «Он за переворот. И, на его взгляд, для этого есть очень хорошие причины. Я вам скажу, что он выступает за переворот куда увереннее, чем мы».

Когда все присутствующие высказались, собрание должно было закончиться вполне логично. Кто-то, а лучше всего – президент, мог бы сказать: «То, что мы собираемся сделать во Вьетнаме, имеет огромное значение. Однако на сегодняшнем собрании прозвучали серьезные сомнения. Может, нам следует отменить переворот?»

Вместо того чтобы потребовать от советников точных рекомендаций, Кеннеди завершил совещание, так и не придя к окончательному выводу. Сомнения по-прежнему витали в воздухе. Никто так и не представил связных, систематизированных доводов против переворота. Кеннеди же о них и не спросил.

«Положимся на Кэбота, – произнес он. – Так и порешим».