Читаем Перевороты полностью

В Вашингтоне к самоубийству отнеслись куда серьезнее. Весной – летом 1963 года Кеннеди с помощниками и так получали из Вьетнама постоянный поток плохих новостей. Вьетконговцы захватили около двадцати процентов Южного Вьетнама, государственная армия не желала с ними сражаться. В стране бушевала коррупция, разжигаемая вливанием американских денег. Зьем терял поддержку населения. Чтобы навести порядок, ему пришлось применять репрессии, которые курировал его брат и главный советник Нго Динь Ню.

После самоубийства монаха Кеннеди решил сменить посла, учтивого уроженца штата Вирджиния Нолтинга, который стал приближенным Зьема. Президент рассматривал кандидатуру Лансдейла, однако существует негласный закон: офицеры ЦРУ не могут становиться послами. Поэтому Кеннеди выбрал совершенно иного человека, из своих старых соперников на политическом поприще, – Генри Кэбота Лоджа, аристократичного представителя республиканцев.

Лодж представлял Массачусетс в сенате до 1952 года, когда уступил свое место Кеннеди. После этого поражения Госсекретарь Даллес назначил Лоджа послом в ООН, где тот сыграл свою роль в свержении Хакобо Арбенса в Гватемале. В 1960-м Лодж был кандидатом на пост вице-президента при Ричарде Никсоне от республиканской партии, но их обошли Кеннеди и Линдон Джонсон. Лодж стал закономерным кандидатом на вьетнамский пост благодаря дипломатическому опыту, сильной политической поддержке в Вашингтоне и отличному владению французским языком, да и благодаря происхождению из семьи республиканцев. Кеннеди знал, что в Сайгоне посла ждет огромный риск, и с удовольствием обвинил бы в провале соперника-республиканца.

Двадцать третьего августа 1963 года, вечером в пятницу, Лодж прибыл в Южный Вьетнам. Страну раздирали беспорядки. Массовые волнения, включая самосожжение еще четверых буддийских монахов, вынудили президента Зьема ввести военное положение. Отряды полицейских вламывались в храмы и арестовывали сотни монахов, среди которых оказался восьмидесятилетний буддийский патриарх страны. В Хюэ произошла ожесточенная восьмичасовая схватка с протестующими.

На последовавших выходных из-за страшной путаницы и упущенных сигналов администрация Кеннеди ввязалась в операцию по смене режима, которой суждено окончиться кровью. Настала кульминация дебатов по поводу того, как поступить со Зьемом. Некоторые представители администрации по-прежнему верили, что Зьем – единственная надежда Южного Вьетнама. Другие планировали его свержение.

Двадцать четвертого августа все три наиболее влиятельных заступника Зьема в Вашингтоне отсутствовали в городе. Госсекретарь Дин Раск смотрел игру бейсбольной команды «Янкиз» в Нью-Йорке, министр обороны Роберт Макнамара отдыхал в Вайоминге, а президент Кеннеди был дома, на полуострове Кейп-Код. Таким образом, американская внешняя политика оказалась в руках чиновников более низкого ранга, которые и хотели свергнуть Зьема.

Больше всех этого желал помощник Госсекретаря, Роджер Хилсман, ведущий специалист правительства по странам Восточной Азии. Хилсман, служивший во время Второй мировой войны в отряде коммандос в Бирме, считал себя знатоком борьбы с повстанческими силами и политического процесса в Индокитае. В тот августовский день Хилсман отправил Лоджу судьбоносную телеграмму. Лодж должен был лично сообщить Зьему, что США «не намерены более терпеть ситуацию, при которой власть сосредоточена в руках Ню», и потребовать, чтобы Зьем лишил брата всех политических связей. Если Зьем «будет стоять на своем и откажется», как говорилось в телеграмме, «нам придется рассмотреть возможность смещения самого Зьема».

«В соответствии с вышесказанным, – писал Хилсман в конце, – посол и представительские группы США должны срочно исследовать все возможные кандидатуры на пост главы государства и составить развернутые планы действий по замене Зьема в случае необходимости».

Тем же днем Хилсман и один из его главных союзников, заместитель Госсекретаря Аверелл Гарриман, разыскали Джорджа Болла, исполняющего обязанности главы Госдепартамента в отсутствие Раска. Обнаружили они его на девятой лужайке «грин» поля для гольфа Фоллс-Роуд в штате Мэриленд. Болл был третьим участником антизьемовской тройки Госдепартамента. Он одобрил текст телеграммы и согласился обратиться к Кеннеди по телефону, чтобы порекомендовать ее отправить.

По неизвестным до сих пор причинам Кеннеди не отнесся к тексту телеграммы серьезно. Возможно, его отвлекали планы на выходные. Болл заранее подготовил обращение, зная, как убедить президента. Кеннеди сделал лишь небольшую поправку к тексту и одобрил его.

«Если Раск и Гилпатрик согласны, то вперед, Джордж», – сказал Кеннеди.