Читаем Перевороты полностью

Жители Панамы, в которой смешались многие расы и культуры, включая африканские, карибские и южноамериканские, массово интересуются спиритизмом. Многие панамцы верят в ведьм, проклятия, путешествия во времени и астральные проекции. Мало кто счел странным, что Норьега советовался со спиритологами и чувствовал себя спокойно лишь в окружении амулетов и оберегов. Однако никто даже не мог представить, что эта сторона панамской жизни сыграет решающую роль в его свержении.

Оказавшись под давлением со стороны Норьеги, Эррера связался с пожилой ведуньей, чьим гуру был святой индиец Саи Баба. Она рассказала Эррере, что Саи Баба обладал способностью «исцелять больных, создавать из ничего всяческие предметы, видеть прошлое, настоящее и будущее каждого человека, а также принимать любой человеческий и нечеловеческий облик». Эррера был впечатлен и провел множество часов за книгой Саи Бабы.

«Чтобы добыть жемчуг, необходимо глубоко нырнуть», – говорилось в ней.

Эррера задумался, что значат для него это и прочие изречения. Поведение полковника стало странным. Офицеры докладывали, что он бродит по коридорам штаба вооруженных сил с вытянутыми вперед руками – собирает энергию. Эррера перестал употреблять алкоголь, встречаться с любовницами, начал питаться натуральными продуктами и сбросил более тридцати фунтов веса. Использовав государственный счет, он привез в Панаму множество оккультистов.

«Твой враг – Норьега, – сказал ему один. – Он злой, он сделает все возможное, чтобы тебя уничтожить. Страшная война, о которой мы говорили, теперь мне понятна. Это война между тобой и ним. Она скоро начнется».

«Страшная война» разразилась в июне 1987-го, когда Норьега убрал Эрреру из армии, предложив дипломатический пост в Японии, от чего тот отказался, объявив, что останется во главе вооруженных сил еще на пять лет. Через несколько дней Эррера пустил в ход свое единственное оружие: он начал раскрывать тайны Норьеги.

В череде показательных интервью с репортерами панамских газет и телевизионных каналов Эррера подтвердил многие из самых серьезных обвинений против своего бывшего товарища. Он заявил, что Норьега сфальсифицировал выборы 1984 года, благодаря которым президентом стал Барлетта, тесно сотрудничал с Медельинским наркокартелем и приказал убить Уго Спадафора. Еще никто из столь близких к Норьеге людей не восставал против него с подобным рвением.

Разъяренный Норьега объявил этот удар «государственной изменой» и «политическим убийством, так как он исходит из самых недр правительства». Однако это никак не умерило поддержку Эрреры, которая вспыхнула в течение нескольких часов после эфира. Сторонники, включая священников и монахинь, толпились с журналистами в его гостиной и высыпали на лужайку перед домом. Пришел Уинстон Спадафора. Пришел и отец Хавьер Вильянуэва, католический священник, который считался самым открытым критиком Норьеги. Несмотря на толпу, Эррера безмятежно сидел на молитвенном коврике. Возле него стоял золотистый диск с изображением лотоса, окруженного знаками крупнейших религий мира.

«Я преступник, – сознался Эррера. – И за свои злодеяния готов отправиться в тюрьму, однако считаю, что Норьега должен последовать за мной».

Мощные обвинения запустили многодневный протест против Норьеги. На улицы Панама-сити высыпали тысячи людей. В ответ Норьега отправил солдат, вооруженных гранатами со слезоточивым газом.

Двадцать шестого июня, несмотря на возражения администрации Рейгана, сенат США вынес резолюцию, призывающую Норьегу уйти в отставку, пока идет расследование выдвинутых против него обвинений. Сенатор Керри, ставший председателем подкомитета по вопросам наркотиков и терроризма, ускорил следствие по делу Норьеги, которым занимался уже больше года. Даже после того, как уличные протесты утихли, а Эррера скрылся из виду (он сделал заявление, в котором опроверг обвинения, и бежал из страны), в Вашингтоне движение против Норьеги продолжало набирать силы. Наиболее влиятельные сторонники Норьеги в администрации Рейгана, Эллиот Абрамс и Оливер Норт, утратили власть из-за участия в скандале Иран-контрас, тайном проекте по сбыту оружия Ирану и использовании вырученных средств для поддержки контрас. Затем, в начале 1988-го, два больших жюри из Флориды выдвинули обвинения против Норьеги и дюжины иных лиц, включая Пабло Эскобара, главу Медельинского наркокартеля, в связи с заговором о поставках тонн кокаина в США.