Читаем Перегрузка полностью

— Однако, — продолжил бородач, поднявшись со стула и вышагивая по комнате взад и вперед, — мы видим, что разрушение электросети само по себе недостаточно. Нам необходимо привлечь всеобщее внимание к «Друзьям свободы», к нашим программным целям. А это значит, что нашей мишенью должны стать руководящие деятели энергокомпаний.

— Мы уже сделали кое-что в этом отношении, — заметил Георгос, — когда взорвали «Ла Мишен»; затем эти бомбы по почте. Убили их главного инженера, их президента…

— Пустяки это! Мелочь! Я имею в виду нечто большее, когда счет убитым пойдет не на единицы, а на десятки, сотни. Когда с невольными свидетелями также будет покончено в подтверждение того, что во время революции нет безопасности нигде. Только тогда наши цели будут восприняты на полном серьезе! Страх должен охватить всех, породив всеобщую панику. И тогда все люди, начиная с правительства, буквально все будут действовать в соответствии с нашими желаниями!

По отсутствующему взгляду Дейви Бердсонга было видно, что мыслями он находился где-то далеко от этого мрачного захламленного подвала. Георгосу казалось, что его посетило видение, что он встретился с мечтой, будоражившей его воображение. Мысль о глобальном терроре породила в сознании Георгоса какое-то возбуждение. В ночь после взрывов под Милфилдом и убийства двух охранников он ощущал тошноту: все-таки он впервые столкнулся лицом к лицу со своей жертвой. Но это ощущение быстро прошло, сменившись восторгом и, как ни странно, сексуальным возбуждением. В ту ночь он, как дикарь, грубо овладел Иветтой, проигрывая в памяти эпизод, когда он со всей силы снизу всадил нож в первого охранника. И сейчас, слушая рассуждения Бердсонга о массовых убийствах, Георгос снова ощутил возбуждение. Между тем Бердсонг невозмутимо проговорил:

— Такой случай нам скоро представится.

Он извлек из кармана сложенную газетную страницу. Это была «Калифорния экзэминер» двухдневной давности. Заметка объемом в одну колонку была обведена красным карандашом.

Возможное всеобщее сокращение производства электроэнергии будет обсуждаться на четырехдневном съезде в отеле «Христофор Колумб». Съезд проводит Национальный институт энергетики. Ожидается присутствие на съезде тысячи представителей коммунальных служб и производителей электроэнергии.

— Я тут сбился с ног в поисках подробностей, — сказал Бердсонг. — Вот точные сведения о сроках проведения съезда и предварительная программа. — Он выложил на стол два отпечатанных листа. — Позже будет легче уточнить окончательную программу. И мы будем знать про каждого участника, где и когда он находится.

Чувство обиды, переполнявшее Георгоса еще несколько минут назад, испарилось. В его глазах опять засветилось предвкушение торжества.

— Все эти шишки из влиятельных структур — социальные преступники! Некоторым делегатам мы можем отправить письма-бомбы. Если я прямо сейчас возьмусь за дело…

— Только не так! В лучшем случае ты отправишь на тот свет полдюжины, вероятно, даже меньше, потому что после первого же взрыва они поумнеют и примут меры предосторожности.

Георгос согласился:

— Видимо, это так. И что же ты предлагаешь?

— У меня есть другая идея. Более надежная. И сравнивать нечего. — Бердсонг изобразил на лице едва заметную зловещую улыбку. — На второй день съезда, когда все уже приедут, ты со своими людьми организуешь в отеле две серии взрывов. Первые взрывы лучше запланировать на ночное время, скажем, на три часа. Местом взрывов должны стать нижний этаж, где расположен зал заседаний, и антресоли. Наша цель заключается в том, чтобы разрушить или блокировать все выходы из здания, а также вывести из строя лестницы и эскалаторы. Таким образом, никому не удастся выбраться с верхних этажей, вот тогда и начнется вторая серия взрывов.

Георгос кивнул. Он все понял и продолжал внимательно вслушиваться в слова Бердсонга.

— Несколько минут спустя — в точно рассчитанное время — произойдут взрывы на верхних этажах. Это будут зажигательные бомбы, чем больше ты их наделаешь, тем лучше. В качестве начинки во всех бомбах должен быть бензин. Пламя охватит отель, и начнется пожар.

Лицо Георгоса расплылось в широкой улыбке.

— Вот это здорово! Изумительно! И это нам по силам.

— Если ты все правильно рассчитаешь, — сказал Бердсонг, — ни одна душа с верхних этажей спастись не сможет. В три часа ночи даже те, кто вернется в свой номер поздно, уже будут в постели. Мы будем казнить всех: делегатов съезда — они основные жертвы нашей мести, — их жен, детей и всех прочих постояльцев гостиницы, бросивших вызов справедливому делу революции.

— Мне потребуется больше взрывчатки, значительно больше. — Георгос соображал быстро. — Я знаю, как и где ее достать, но для этого потребуются деньги.