Читаем Пейзанизм полностью

   Тоже понимает. Я ведь его вирнику не сдам. Не от большой любви к данному представителю Хохрякового семейства, а просто от собственной жадности. Макуха и у меня все заберёт. А что б выглядело... по закону - пришьёт и все дела в округе. Включая Храбритово. Дальше просто - подозреваемого в моем лице до города не доведут. А серебро... Ну уж точно не пропадёт. Сколько бы не было. Уберут в "закрома родины". Или в карманы "слуг народа". Что одни, что другие - бездонные.

   Так что трогать мужичка нельзя. Пока вирник не уедет. А за это время "захоронку" туземцы и перепрятать могут. Или вообще в бега податься.

  -- Так... Ну и чем мне клясться?

  -- Эта... Ну... Честью боярской.

   Чудно. Какая у меня, по общему убеждению - ублюдка рябиновского, может быть честь боярская? Я же в грехе зачат, рождён не честной матушкой, а бабёнкой, под ратников смоленских попавшей. Да и странновато слышать от смерда про честь боярскую. Хотя... кто их знает - обычаи вроде везде одни. Но это настолько "вроде"... Тогда - дать просимое. Тем более, что нарушать клятву я не имею веских оснований. Скорее наоборот: Хохряк в качестве холопа, да еще на привязи из сыновей и прочей семьи - может очень пригодится. И в организационном, и, особенно, в информационном плане. Кстати, последнее мог бы и сам сообразить, если уж схему товарооборота с откатами просек.

  -- Клянусь честью боярской что выкуплю душегуба Хохряка, ежели он жив будет и ежели найденного серебра будет на то более чем втрое достаточно.

   Что б "втрое". "Захоронок" может быть несколько. Мне огрызки не надо - давай главный "общак". Хохрякович стрельнул глазами влево-вправо

  -- Пошли тогда.

   И направился в глубь двора за моей спиной.

  -- Ты куда?

  -- Эта... Оно ж не в селище закопано лежит. На ту сторону реки надоть. У ворот вирник людей поставил. А тама вон в тыне лаз есть. Мы через лаз вылезем, городище обойдём, через брод переберёмся. Ну а там уже рядом.

   Правильно -- лаз. Плохо, не догоняю. Ведь сам же видел, как поросятница с той стороны тына подошла и раз -- уже здесь, на подворье. И Шарка, наверняка, через эту дырку к Потану на свиданки бегала. Не пёрлась же через запертые и охраняемые ворота. "И кажется раз небеса чисты...". Не в небеса пялиться надо, а под ноги смотреть. Попадун попадуев. Все бы тебе схемы просекать, интриги интриговать, стратегии стратегировать. Тщательнее надо. А то и умную голову можно и на ровном месте сломать.

   Вот кстати, что-то... кажется мне что мужичок чего-то крутит. Про выкуп братьев не вспомнил. Про других членов семейства. А чего он крутит? И чего он вообще может выкрутить? То ли боится сильно, то ли врёт. Или - "два в одном"?

   Мы уже пересекли двор и подошли к тыну, огораживающему "Паучью" весь со всех сторон. Мужичок зашёл за угол очередного сарая, в глубине прохода откинул кучу веток. Точно, промоина под тыном - два бревна висят комлями над дыркой. Мужичок призывно махнул рукой и, ногами вперёд, нырнул в промоину.

   Я уже почти собрался следом, но сзади снова скрипнули ворота. Во двор хорошо нетвёрдым шагов явился Сухан. Ситуация типовая - у армейцев после сильной поддачи проявляется тяга к строевому. Тут, конечно, гридней церемониальным сильно не донимают. Строевой практически нет. Особенно, если с Кремлевским полком моей России сравнивать. Сейчас этот алкаш-правдолюб перебудит моих людей. Будет скандал. А ребята мои спросонок могут и за железяки схватиться. Этот-то персонаж и сам только за эфес и держится. Отпустит - упадёт. Пришлось махнуть рукой. Пока набравшийся дружинник исполнял "марширование в общем направлении к начальству", мне пришло в голову сразу две идеи: - нужно убрать чудака с подворья, и, если клад такой большой, как Хохрякович обмолвился, то полезно иметь в комплекте грузчика. Пока дойдём до места - протрезвеет. Здесь пьют пиво, пописает пару раз - будет злой, но трезвый. А если его еще и на броде уронить... Вода тёплая, но... отрезвляющая.

  -- Сухан, ты почему здесь? Ты же с Яковом был?

  -- Был... Ну... Посидели-выпили... Ну... Яков и говорит... Ха... Гнида... Типа... Эта... Ну... Ну я и пошёл... Вот.

  -- Пойдёшь со мной. Дело есть. Надо посмотреть на том берегу. Лезь следом.

   Сухан тяжело выдохнул. В сторону. Перегар прибрал - уважает однако. Я шагнул к промоине, ухватился за края и ногами вперёд выехал по скользкой глине наружу. В промоине было темновато. Я сделал шаг вперёд и... стало совсем темно. И очень больно - что-то очень твёрдое ударило меня в голову.

   * * * 

   Возвращение в сознание состояло из очень болезненного чувства: "уй-ёй мать итить как же меня так", инстинктивных движений потрогать рукой голову и подтянуть коленки к животу - оба не удались. И общего ощущения нарастающего удушья в темноте. Невозможность дышать в сочетании с головной болью, разрывающей череп, вызвали... даже уже не панику, а совершенно неконтролируемое желание выкарабкаться, вырваться, вывернуться... Неужели и дети то же чувствуют, когда родовыми путями...? Нафиг-нафиг - только кесарить!