Читаем Партизаны полностью

— Я предвидел, хотел спровоцировать именно такое развитие событий. Теперь инициатива в наших руках. Если бы мы беспрепятственно покинули порт, а затем вдруг наткнулись на пару танков, перекрывших равнинную дорогу, то безнадежно утеряли инициативу. Эти двое «гвардейцев» впереди не больно смышленые, правда?

— Потому что не обыскали нас? Один слишком стар, другой слишком неопытен, чтобы позаботиться об этом. И потом, взгляните на наши честные лица.

Итальянцы, подведя процессию к невысокому дощатому бараку-времянке, поднялись на крыльцо и постучали в дверь. Все пятеро вошли в маленькую комнатушку, такую же убогую, как и само строение. Обстановка здесь была более чем спартанская: потрескавшийся линолеум, два металлических шкафчика с картотеками, рация, телефон, стол и несколько стульев. Увидев вошедших, офицер, сидевший за столом, поднялся. Это был невысокий худой мужчина среднего возраста с толстенными очками на хрящеватом носу, что исчерпывающе объясняло, почему он не на фронте.

Прищурясь, комендант близоруко всматривался в стоящих перед ним людей.

— Майор Петерсен? — после долгой паузы спросил он.

— Да. Рад нашему знакомству, комендант.

— Взаимно. Однако удивлен... — комендант смущенно прочистил горло. — Я только что получил приказ о задержании.

— Тс-c! — Петерсен приложил палец к губам и шепотом спросил:

— Мы одни?

— Да.

— Вы уверены?

— Абсолютно.

— В таком случае, поднимите руки вверх.

Карлос, отодвинув стул, встал.

— Извините. Я должен проверить дверь носовой каюты.

— Ты до сих пор не видел ее? — удивленно спросила Лоррейн.

— Нет. Если Петер говорит, что она заварена, значит, дело обстоит именно так. Но все же любопытно.

Он возвратился в кают-компанию спустя буквально пару минут.

— Заваренная дверь есть заваренная дверь. Единственный способ ее открыть — вновь прибегнуть к помощи сварки. Я послал Пьетро на берег попробовать отыскать сварочный аппарат, правда" не слишком надеюсь, что ему это удастся. У нас на «Коломбо» он был, но Петер с друзьями сбросили его ночью в море.

— Говоришь так спокойно, точно это тебя ничуть не волнует, — заметила Лоррейн.

— Я не беспокоюсь по пустякам.

— А если ты не сможешь извлечь людей из каюты?

— Тогда им придется оставаться в ней, пока мы не вернемся в Термоли.

— Корабль не затонет раньше, чем это случится? Ты не думал о такой опасности?

— Да, это меня бы расстроило.

— Уже лучше. По крайней мере, хоть какое-то сострадание.

— Меня мог огорчить сей факт только потому, что я очень люблю этот старый катер. Противно думать, что «Коломбо» может стать могилой для Алессандро, — и лицо, и голос Карлоса оставались холодными. — Сострадание? Сострадание к этому дьяволу, к бандиту? К убийце, который путешествует со шприцами и ампулами со смертоносными ядами? Сострадание к психопату, который лишь посмеивался бы, отправив на тот свет тебя или Зарину? Петер пожалел его — и напрасно! Сострадание... — Карлос резко повернулся и вышел.

— Теперь ты его огорчила, — промолвил Джакомо. — Придирки, придирки. Ты осуждаешь и обвиняешь людей, в данном случае Петера и Карлоса, не имея ни малейшего понятия, о чем говоришь.

— Я же ничего плохого не думала, — Лоррейн была сбита с толку.

— Дело не в том, что ты думаешь, а что говоришь. Могла бы последить за своим языком, — сказал Джакомо и следом за капитаном покинул кают-компанию.

Лоррейн осталась стоять неподвижно, уставясь в одну точку. Лицо ее было удрученным. По щекам девушки медленно ползли две большие слезинки. Зарина положила руки ей на плечи.

— Не принимай это так близко к сердцу, — сказала она. — Все образуется. Они не понимают тебя, потому что мужчины.

Примерно десять минут спустя Петерсен с компаньонами подъехал к причалу на старом, не то военном, не то гражданском, грузовике с брезентовым кузовом, и таким же хлопающим на ветру пологом у заднего борта. Майор спрыгнул с води тельского сиденья на землю о окинул взглядом пятерку, стоящую на палубе «Коломбо»: Карлоса, Джакомо, Лоррейн, Зарину и Михаэля. Рюкзаки и рации стояли у их ног.

— Готовы? Мы тоже, — сказал Петерсен. Он был в великолепном расположении духа. — Только поднимемся на борт за своими вещами.

— Нет нужды, — откликнулся Карлос. — Два моих Пьетро уже несут их.

— А наше оружие?

— Не оставлю же я вас голыми, — Карлос спустился по трапу на набережную. — Как прошла встреча с комендантом?

— Лучше не бывает. В теплой, дружественной обстановке и, как видите, с пользой для дела, — Петерсен достал две бумаги. — Военный пропуск и разрешение на вождение этого транспортного средства. Пропуск, правда, действителен только до Метковича, но там мы уже выйдем на прямую дорогу. Оба документа подписаны майором Масса-мо. Вы не хотите сесть вместе со мной в кабину? — обратился он к девушкам. — Там гораздо удобней и комфортабельней. К тому же кабина отапливается, а кузов — нет.

— Спасибо, — сказала Лоррейн. — Я лучше сяду в кузов.

— О нет! Она не поедет в кузове! — воскликнула Зарина. — И я тоже — просто больше не выдержу этой пытки.