Читаем Партизанки полностью

Наступила ночь, и, когда изможденные узники забылись в тяжелом сне, эсэсовцы подожгли здание. В забитых до отказа пылающих помещениях тотчас началась паника и давка. На лестницах и у выхода образовались громадные пробки. Спасаясь от смерти, люди выбрасывались из окон всех трех этажей, но тут же попадали под губительный огонь пулеметов и автоматов.

Расправа длилась всю ночь. Из восемнадцати тысяч человек, которые находились в помещениях, спастись удалось немногим — остальные сгорели заживо. Уцелевших эсэсовские палачи хладнокровно добивали с высокого земляного вала и охранных вышек на ярко освещенном прожекторами плацу…

* * *

О зверском, бесчеловечном обращении фашистов с военнопленными в бобруйском концлагере нам уже давно и достаточно подробно было известно. Еще в начале октября 1941 года Марии Масюк с большим риском удалось познакомиться и наладить связь с одним из узников крепости бывшим военфельдшером Виктором Фестовым. Ему, как единственному в лагере медику, администрация разрешала время от времени в сопровождении конвоя покидать территорию крепости и появляться в городе, где можно было, хотя и с громадным трудом, все-таки раздобыть кое-что из медикаментов и перевязочного материала.

Используя любую возможность, Мария почти каждую неделю передавала Фестову хлеб, продукты, медикаменты — все, что могла достать для его тяжело раненных и больных товарищей. Несколько позже, когда подпольщики окончательно убедились в надежности и преданности Виктора, Масюк по заданию руководства наладила связь с группой антифашистов — военнопленных в самом лагере.

Через Марийку узники лагеря передали бобруйским патриотам несколько десятков паспортов, удостоверений и различных справок, которые принадлежали их умершим товарищам и теперь могли бы принести неоценимую пользу для ведения нелегальной работы в городе. Одновременно Масюк принимала самое активное участие в подготовке и организации побегов военнопленных из крепости — заботилась вместе с другими подпольщицами о надежных квартирах, собирала гражданскую одежду и продовольствие для них.

В середине октября, после того как Виктор Фестов сообщил Марии о том, что гитлеровцы начинают отбор самых здоровых и крепких людей из узников для угона в Германию, было решено немедленно действовать. Поздней ненастной ночью 96 заключенных, сделав несколько подкопов под колючей проволокой, вырвались на свободу. В условленном месте их уже недали подпольщики. Не прошло и часа, как все военнопленные группами по семь — десять человек были разведены и укрыты на конспиративных квартирах бобруйских патриоток — Лидии Островской, Нины Гриневич, Ольги Сорокиной, Александры Вержбицкой, Марии Саватеевой, Марфы Миловой, Марии Масюк и других. После недолгого отдыха всех спасенных из фашистской неволи ждала одна и та же дорога — в бобруйские леса, к партизанам.

Вслед за первой группой, с интервалами в несколько дней, совершили удачный побег еще сто пятьдесят — двести узников. И снова белорусские женщины мужественно и хладнокровно, каждую минуту рискуя своими жизнями, жизнями своих детей, родных и близких, сделали все для их спасения.

* * *

Кровавая драма, разыгравшаяся на территории старинной крепости в ночь на седьмое ноября, вызвала волну огромного гнева и возмущения среди всего населения города.

Продолжала развертывать решительные диверсионные действия и наша группа. Ее штабом были разработаны и успешно проведены несколько смелых, рассчитанных на внезапность операций. Одной из их, пожалуй самой дерзкой и значительной, стала акция по разгрому гитлеровской казармы, расположившейся в здании бывшей средней школы на улице Энгельса, где постоянно останавливались на короткий отдых фашистские подразделения, направляющиеся на восточный фронт.

Нужно сказать, что к этому времени членами нашей организации уже было собрано некоторое количество оружия: десять — двенадцать винтовок, пистолеты, два ящика патронов и взрывчатка. Однако для проведения серьезной операции, в ходе которой могли возникнуть любые осложнения, этих более чем скудных запасов было конечно же недостаточно.

Нам требовалось раздобыть любыми средствами еще хотя бы три-четыре автомата с запасными обоймами, несколько пистолетов и, пожалуй, главное — десятка два-три гранат. Только в этом случае, штурмуя хорошо укрепленную и охраняемую казарму, группа могла рассчитывать на победу.

Но где и как найти такое количество оружия? Связи с партизанами у городского подполья пока еще не было, и, следовательно, на помощь извне нам рассчитывать не приходилось. Что же касается самого Бобруйска, то поиски здесь своими силами оставались безрезультатными — они ни к чему не приводили.