Художник летчик Алексей Скрябин нарисовал в стенгазете дружеские шаржи на победителей. Иванов нарисован улыбающимся мальчишкой. Подпись под рисунком такая: "Мал Иванов, но дорог". Подпись сделал Пресняков. Ему виднее: вместе топили фашистские корабли.

Примерно через тридцать минут после победы Преснякова гвардии лейтенант Большаков, гвардии старший лейтенант Андреев, гвардии старший сержант Гуськов и гвардии сержант Юдкин также обнаружили транспорт водоизмещением 6000 тонн. Это была сто вторая по счету победа над морским противником. А поставил победную точку в ту ночь потоплением транспорта в 7000 тонн Гептнер, который получил звание лейтенанта. С ним были штурман Половко и стрелок-радист Бондаренко. Поиск экипаж вел долго и настойчиво. Зато, обнаружив противника, Гептнер атаковал настолько стремительно, что до сброса торпеды с судна не успели произвести ни одного выстрела.

Народный комиссар Военно-Морского Флота Н. Г. Кузнецов, Военный совет Балтфлота тепло поздравили Борзова с победой гвардейских торпедоносцев. Гордые и радостные, слушали балтийцы оперативную сводку за 27 мая. Левитан читал: "В ночь на 27 мая самолеты-торпедоносцы Краснознаменного Балтийского флота наносили удары по транспортам противника. В результате действий торпедоносцев в Рижском заливе потоплены 2 крупных немецких транспорта. Кроме того, 2 транспорта противника водоизмещением в 7 тысяч тонн потоплены в Финском заливе".

Фамилий летчиков-героев в сообщении Совинформбюро не было, но вся Балтика уже знала имена Евграфова и Бударагина, Преснякова и Иванова, Большакова и Андреева, Гептнера и Половко. Эти летчики и штурманы и вместе с ними Сергей Скляренко в тот же день были награждены орденами Красного Знамени.

И еще одно радостное событие ожидало гвардейцев. В феврале указом Президиума Верховного Совета СССР Первый гвардейский минно-торпедный полк был награжден орденом Красного Знамени. И вот сейчас, через несколько часов после замечательной ночной победы 27 мая, на аэродром прибыли командующий Балтфлотом В.Ф. Трибуц и командующий балтийской авиацией М. И. Самохин. Знаменосец полка флагманский штурман Никита Котов, пройдя перед строем, передал знамя командиру полка И. И. Борзову. Адмирал В. Ф. Трибуц поздравил личный состав с потоплением сотого вражеского корабля и началом нового боевого счета.

— В вашем полку выросло четырнадцать Героев Советского Союза. Военный совет уверен, что их число будет расти. Усиливайте удары на море, беспощадно топите вражеские корабли…

Зачитав Указ, подписанный Михаилом Ивановичем Калининым, командующий прикрепил к гвардейскому знамени орден Красного Знамени…

Карты — на запад

Июнь сорок четвертого. Три года войны. Сколько аэродромов пришлось поменять! Вначале вынужденно с прибалтийских аэродромов перебазировались к Ленинграду. Позднее, чтобы не дать врагу вывести самолеты из строя, перешли на дальние аэродромы. А теперь торпедоносцы искали площадки ближе к району боевых действий. Вот и в первые дни июня — бросок на запад, правда, еще не большой, всего на сотню километров. Приблизились к району боев и истребители, которыми командовал П. И. Павлов. Они помогли уже в первые дни после перебазирования нанести противнику значительный урон.

Борзов держит под контролем торпедоносцев весь Финский залив и значительную часть моря. Торпедная атака стала привычной. Гвардейцы научились взаимодействовать, нанося удары парами и звеньями одновременно с разных направлений. Умело маневрировали и точно атаковали тихоокеанец Тарасов, Смольков, Девяткин, Турбин, Евграфов и Бударагин, Шишков и Бабанов, Пресняков и Иванов.

Противник резко усилил противовоздушную оборону. Даже небольшие по размеру транспорты оснащались скорострельными автоматами и зенитками. Борзову на поврежденной снарядами машине пришлось, спасая торпедоносец, на одно колесо сажать самолет на запасном аэродроме. Требовались еще большие волевые качества и гибкая тактика во время атаки.

Борзов не представлял службу без творческого отношения к боевому опыту. Каждый бой — урок. Командир воспитывал у гвардейцев инициативу, стремление к творческому мышлению и эти качества высоко ценил. Летчик Шарыгин, отчаявшись найти вражеское судно в открытом море, на бреющем ворвался в военно-морскую базу противника, сбросил торпеду на стоявший на рейде корабль и точно зафиксировал все суда, находившиеся в бухте. Сделал летчик это настолько неожиданно и дерзко, что зенитная артиллерия не успела открыть огонь. Сведения, которые летчик доставил, помогли нанести эффективный удар по кораблям. Эта инициатива заслужила одобрение командира полка, о ней он рассказал на общем полковом разборе.